Соня из Тульчина – первая леди американского шоу-бизнеса
Иосиф ТУРОВСКИЙ
13 января 2026 года исполняется 140 лет с дня рождения Софи Такер – певицы, актрисы, комедиантки, которую в свое время называли первой леди американского шоу-бизнеса. Для нас особый интерес представляет то обстоятельство, что Софи родилась на украинской земле – подобно многим другим звездам американского шоу-бизнеса.
Имя Софи Такер практически неизвестно на постсоветском пространстве, разве что в связи с тем, что она была первой исполнительницей песни «А идише маме». Она выступала давно, пик ее популярности пришелся на 1920-е годы, и она была слишком американской и слишком еврейской для того, чтобы ее песни популяризировали в Советском Союзе. Впрочем, много ли в СССР знали о таких суперзвездах американской эстрады и кино той эпохи, как Эл Джолсон или Эдди Кантор? У советских, как известно, была собственная гордость – со всеми вытекающими. Или же другая цитата: каждому светят свои звезды… Но Софи Такер в свое время была звездой первой величины. И поговорить о ней никогда не поздно.
От Тульчина до Нью-Йорка
Софи Такер родилась 13 января 1886 года под именем Соня Калиш в украинском местечке Тульчин Подольской губернии (ныне – Винницкая область). Ее отца, портного из Одессы, звали Захария Калиш, а мать, Йоха (Йохевед) Линецкая, была из Тульчина.
Соня была вторым ребенком в семье после первенца Филиппа. Незадолго до рождения дочери Захария Калиш уехал в Америку: он спасался от призыва в российскую царскую армию. Согласно семейному преданию, «ухилянт» Захария, который боялся, что его будут разыскивать, на корабле, пересекавшем океан, взял себе документы какого-то умершего в пути итальянца. И в Нью-Йорк он прибыл уже как Чарльз Абуза.
А Йоха Калиш, приехавшая в Америку через четыре месяца после мужа, с двухлетним сыном и пятимесячной дочерью на руках, стала Дженни Абуза. В Америке Дженни родила еще двух детей: дочь Анну (Хану) и сына Мозеса (Мойше).
Восемь лет экс-Калиши прожили в бостонском районе Норт-Энд, а затем обосновались в Хартфорде, штат Коннектикут, где открыли ресторан.
В юном возрасте Софи Абуза начала петь в ресторане своих родителей за чаевые от посетителей. Впоследствии она вспоминала, что в перерывах между приемом заказов и обслуживанием клиентов вставала в узком пространстве у двери и пела, вкладывая в это всю свою драматичность. «К концу последнего припева в зале не было ни одного человека с сухими глазами: то ли от лука, то ли от меня», — шутила актриса.
В 1903 году 17-летняя Софи сбежала из дома с Луисом Таком, водителем пивной бочки; впоследствии его видоизмененную фамилию она сделала своей сценической и прославила ее на всю Америку. Когда спустя три месяца она вернулась домой, родители устроили для пары ортодоксальную иудейскую свадьбу. Софи забеременела вскоре после свадьбы и в 1905 году родила сына Альберта. Однако вскоре после рождения сына пара рассталась (официально развелись в 1913-м), Софи оставила ребенка своей семье и переехала в Нью-Йорк.
Она поехала покорять Нью-Йорк с рекомендательным письмом к одному театральному продюсеру, которое ей дал водевильный актер Вилли Ховард (Вильгельм Левковиц), один из первых открытых еврейских артистов на американской сцене. Но его письмо не принесло Софи работы, и она стала петь в кафе и пивных, за еду и чаевые. Большую часть заработка она отправляла домой в Коннектикут, чтобы содержать сына и помогать семье.
А ее семье пришлось непросто. Сестра бросила школу, чтобы воспитывать маленького Берта и помогать матери в ресторане. В местной еврейской общине семья Абуза стала предметом сплетен и обсуждений.
Первые четыре года Софи не приезжала домой, даже на день рождения сына. Но она каждую неделю писала письма и всегда посылала деньги – даже тогда, когда ей самой не на что было купить себе еду.
Первое время родные отказывались с ней общаться, не отвечали на ее письма. Но со временем отношения наладились, и Софи вернула родным моральный долг с лихвой.
Толстушка на эстраде
В 1907 году Софи Такер впервые выступила на сцене: спела на любительском вечере в водевильном театре. Продюсеры считали, что публика будет дразнить ее потому, что она «такая большая и некрасивая».
Такер начала свою карьеру в главных эстрадных жанрах Америки того времени – водевиль и менестрель-шоу. Американский водевиль представлял собой сборный концерт артистов разных жанров, а менестрель-шоу – сценки из негритянской жизни с музыкой и песнями афроамериканцев, разыгранные белыми артистами в черном гриме (блэкфейс).
Софи тоже выступала в менестрель-шоу в гриме негритянки. Но ей не нравилась эта работа, и она постоянно портила представление, признаваясь в конце выступления, что она белая: сначала сняв перчатку, чтобы показать свою белую руку, а затем сняв парик, чтобы показать светлые волосы. Публика от этого была в восторге.
Опасения скептиков-продюсеров не оправдались: талант и харизма Софи Такер, ее мощный голос и умение находить ключик к любой аудитории обеспечили ей восхождение на вершины славы. Она выступала в образе «очаровательной толстушки», таких в Америке называли Red Hot Mama (знойная мамочка). Она смело бросала вызов общественным нормам: надевала фривольные по тем временам наряды, использовала грубоватый юмор, исполняла песни с сексуальным подтекстом. Она вовсю задействовала юмор «толстушки», который стал неотъемлемой частью ее выступлений. Среди ее песен, например, были I Don’t Want to Get Thin (Я не хочу худеть) и Nobody Loves a Fat Girl, But Oh How a Fat Girl Can Love (Никто не любит толстую девчонку, но как же толстая девчонка может любить).
Софи Такер совершила переворот в представлении о красоте и показала на своем примере, что харизма и обаяние не зависят от объема талии и смазливого личика.
Трудовая биография
В 1909 году Такер выступала с популярной труппой «Безумства Зигфелда». Несмотря на успех, ее уволили оттуда из-за ревности других звезд. Это привлекло внимание антрепренера Уильяма Морриса, который пригласил ее в свой театр. В 1911 году Такер сделала свою первую грамзапись: выпустила на лейбле Edison Records песню Some of These Days (Некоторые из этих дней), написанную Шелтоном Бруксом. Название песни стало заголовком ее биографии, вышедшей в 1945 году.
В 1921 году Такер наняла пианиста и автора песен Теда Шапиро в качестве аккомпаниатора и музыкального руководителя, и он оставался им на протяжении всей ее карьеры. Шапиро не только написал для нее несколько песен, но и стал частью ее сценического представления, играя на пианино, пока она пела, и обмениваясь с ней шутками и остротами в перерывах между номерами.
Такер оставалась популярной певицей вплоть до 1920-х годов и подружилась с такими звездами, как Мэйми Смит и Этель Уотерс, которые познакомили ее с джазом. Такер училась у них и стала одной из первых исполнительниц, представивших джаз белой публике водевилей.
К 1920-м годам успех Софи Такер распространился на Европу, и она начала турне по Англии, выступив перед королем Георгом V и королевой Марией в лондонском «Палладиуме» в 1926 году. Она переиздала свой хит Some of These Days, который оставался на первом месте в чартах в течение пяти недель и стал золотым (было продано более миллиона копий).
Такер сильно переживала упадок водевиля. Но она быстро и органично вписалась в звуковой кинематограф. В 1929 году она впервые появилась в кино, в фильме «Хонки-тонк». В 1930-х годах Такер привнесла в свое шоу элементы ностальгии по началу XX века. Ее называли «Последней из самых горячих мамочек», поскольку в ее песнях часто звучал неуемный сексуальный аппетит, что было необычно для исполнительниц того времени, после упадка водевиля.
В 1938 году Такер была избрана президентом Американской федерации актеров, одного из первых актерских профсоюзов.
В 1938–1939 годах Такер вела собственное радиошоу, которое выходило на канале CBS в течение 15 минут по понедельникам, средам и пятницам. Она неоднократно появлялась на радио в качестве гостя в популярных программах.
В 1950-х и начале 1960-х годов Такер, «первая леди шоу-бизнеса», часто появлялась на телевидении во многих популярных варьете и ток-шоу того времени, таких как «Шоу Эда Салливана» и «Вечернее шоу». Она пользовалась популярностью и за рубежом, выступая перед восторженной публикой в лондонских мюзик-холлах. 13 апреля 1963 года на Бродвее состоялась премьера мюзикла «Софи», основанного на ранних годах жизни Такер.
Софи продолжала выступать до конца своей жизни. 3 октября 1965 года она появилась на шоу Эда Салливана. В цветном эфире, своем последнем телевизионном появлении, она три песни, в том числе, и свою коронную Some of These Days.
Софи Такер стала моделью и образцом для многих знаменитых актрис и певиц, среди которых назовем наших соплеменниц – Этель Мерман, Касс Эллиотт (из группы «Мамас энд Папас»), Бетт Мидлер. Вряд ли именно ею вдохновлялась покойная Марина Поплавская из нашего «Дизель-шоу», но она абсолютно воплощала типаж «знойной мамочки» в лучших традициях Софи Такер.
На двух телевизионных шоу Битлз (ноябрь 1963 и февраль 1964) Пол Маккартни в шутку назвал Софи Такер «нашей любимой американской группой».
Софи Такер всю жизнь много курила. И вредная привычка ее погубила: в феврале 1966 года в возрасте 79 лет она умерла от рака легких. Умерла актриса в своей квартире на Парк Авеню. Последние недели, помимо круглосуточной медсестры, рядом с ней был ее сын Берт, брат Мозес (сестра Анна и брат Филипп к тому времени умерли) и любимый племянник Чарльз.
На церемонию прощания с легендарной артисткой пришло больше четырех тысяч человек. Бродвейские театры погасили на время поминальной службы свои огни. После церемонии гроб с телом Софи перевезли в штат Коннектикут, на маленькое еврейское кладбище Хартфорда. Она попросила похоронить ее на семейном участке рядом с родителями.
Главный хит ее жизни
В 1925 году Джек Йеллен, близкий друг Софи, в соавторстве с Лью Поллаком написал песню «А идише маме».
В январе 1926 года, когда Софи с триумфом гастролировала в Лондоне, ей пришла телеграмма от брата Мозеса: «Мама больна срочно возвращайся». Она отменила все выступления и 15 января села на корабль, направляющийся в Нью-Йорк. На следующий день на борт корабля пришла телеграмма о том, что мать умерла.
По еврейской традиции, похороны должны состояться как можно быстрее, обычно в течение суток с момента смерти. Но Дженни, всю жизнь строго соблюдавшая все религиозные предписания, на смертном одре потребовала, чтобы похороны отложили, пока не приедет Софи. И похороны действительно отложили на столько, сколько потребовалось. Узнав об этом, Софи разрыдалась: «Я поняла с кристальной ясностью, как сильно она меня любила».
Понятны чувства, с которыми Софи Такер исполняла песню «А идише маме». Эта песня стала ее визитной карточкой – хотя абсолютно не соответствовала ее репертуару. «Я всегда старалась петь ее только тогда, когда была уверена, что большинство присутствующих поймут идиш. Однако не обязательно быть евреем, чтобы проникнуться этой песней», — писала Софи в своих мемуарах.
Она вернула родным долги молодости: купила родителям дом, помогала всем родственникам, возила маму на отдых. Была очень близка с сестрой, которая вырастила ее сына. Чувствуя перед ним свою вину, Софи заваливала сына деньгами, спонсировала его постоянно прогоравшие бизнес-проекты, купила ему отель во Флориде.
Софи всю жизнь жертвовала огромные суммы на благотворительность: помогала еврейским организациям по всему миру, больницам, университетам, домам для престарелых, учреждениям культуры, многочисленным благотворительным фондам в Америке и за рубежом. В Израиле на деньги Софи Такер была построена больница, открыты несколько молодежных центров и школа, высажен лес под Бейт-Шемешем. Чтобы помочь молодому государству, она продавала на своих концертах израильские диаспорные облигации.
А вот личная жизнь у последней знойной мамочки не сложилась: три брака, завершившихся разводами. Ее вторым мужем после Луиса Така стал пианист Фред Вестфаль (годы брака 1917-1920), который аккомпанировал ей до Теда Шапиро, а третьим мужем – ее менеджер Эл Лэки (годы брака 1928-1934). Она была слишком самостоятельной и независимой. И относилась к этому с пониманием: «Когда вы ведете свою собственную жизнь и сами оплачиваете счета, вы лишаете себя орхидей и бриллиантовых браслетов, за исключением тех, которые покупаете сами».
