Побеждая беспамятство
К 84-й годовщине трагедии Бабьего Яра
Борис ЛОЖКИН, президент Еврейской конфедерации Украины
Над Бабьим Яром памятников нет.
Крутой обрыв, как грубое надгробье.
Мне страшно….
Мне сегодня столько лет,
как самому еврейскому народу…
Снова в Киеве сентябрь. А значит – время вновь вспомнить о Бабьем Яре.
Древние мудрецы говорили: Тот, кто не помнит о прошлом, тот может забыть мечтать о будущем.
Знаменитое стихотворение было написано Евгением Евтушенко более шестидесяти лет назад и произвело эффект разорвавшейся бомбы.
Тогда же в 1961 году из-за преступного желания киевских властей построить на костях жертв Бабьего Яра стадион и парк с развлечениями случилась еще одна трагедия, известная как Куреневский потоп. И в ней тоже погибли люди, число которых было сильно преуменьшено в официальных сообщениях. Это был шок. А верующих киевлян охватил мистический ужас.
После Куреневской трагедии стало ясно, что танцплощадок в Бабьем Яру устанавливать не будут. Однако прошло еще пятнадцать лет, прежде чем там появился первый памятник жертвам нацизма. Правда, возведен он был не в том месте, где происходили расстрелы, а поближе к асфальтированной дороге – очевидно для того, чтобы начальству было удобно подъезжать сюда в дни торжественных церемоний. И «занимательной» особенностью надписей на постаменте было то, что в них никоим образом не присутствовало упоминание о евреях. Речь шла исключительно о «советских гражданах».
Однажды журналисты спросили у Владимира, сына Дины Проничевой, которой посчастливилось спастись из расстрельной ямы Бабьего Яра, что она сказала, увидев построенный в 1976-м году памятник.
– Мама тогда уже очень сильно болела, – ответил он. – Поэтому у памятника она была только раз. Ее привез туда на машине один из тех бывших наших военнопленных, кому в сентябре сорок третьего удалось бежать из Сырецкого лагеря. Мама с ними дружила. Понравился ли ей памятник, мама мне не сказала. А вот то, что в надписях на нем не были упомянуты евреи, ей не понравилось очень.
…Компартийные чиновники не вспоминали о евреях еще на протяжении многих лет. И только уже в апогей перестройки на митинге в 1990 году первый секретарь Киевского горкома КПУ Анатолий Корниенко, говоря о жертвах Бабьего Яра, произнес ранее табуированное слово «евреи». Именно на этом митинге впервые рядом со знаменем тогда еще не провозглашенной Украины появился флаг Израиля. До развала СССР оставался год…
А в 1991 году в Бабьем Яру уже появился еврейский памятник «Менора», и к нему приходят люди.
Честно говоря, хотелось бы, чтобы те, кто громко провозглашает о своем желании достойно почтить память жертв нацизма, меньше говорили и пиарили свою деятельность, а все же больше создавали. Все мы должны в меру своих возможностей и сил участвовать в этом благородном деле.
Сегодня в бывшей цитадели нацизма – Германии – существует закон, согласно которому за проявления расизма и отрицание Катастрофы времен Второй мировой войны следует уголовное наказание. И самое важное – этот закон не просто существует, он, если нужно, четко работает. А в целом ряде стран практически невозможно призвать к ответу тех, кто отрицает как саму Катастрофу, так и массовые расстрелы в Бабьем Яру. Основной «пафос» публикаций в этих изданиях и на интернет-сайтах – густопсовый антисемитизм, но попутно ставится под сомнение и гибель тысяч людей других национальностей.
С авторами подобных «исторических» исследований говорить не о чем. В «лучшем» случае они выполняют хорошо проплаченный заказ, в худшем – излагают собственные мерзопакостные взгляды. Однако с дней ужаса прошло немало лет, и уже выросло поколение, почти ничего не знающее о страшных событиях осени 41-го.
В своем недавнем интервью «Еврейскому Обозревателю» директор Национального историко-мемориального заповедника «Бабий Яр» Роза Тапанова приводила результаты соцопроса. Оказалось что только 55 процентов опрошенных украинцев знают, что Бабий Яр находится в Киеве. А 26 процентов вообще не знают, где он находится. И это несомненно следствие того беспамятства о месте страшной трагедии, которое навязывалось людям в советские времена.
Сразу же после окончания войны появился проект монумента в память жертв Бабьего Яра. Но пока судили да рядили каким он должен быть, подоспела кампания по борьбе с «безродными космополитами», инициированная самим Сталиным. Все знали, кто в первую очередь подразумевался под этой туманной формулировкой. И поэтому идея о памятнике в Бабьем Яру сама по себе отпала.
Правда, «вождь народов» умер через несколько лет. Но на настроения киевской партократии это никак не повлияло. Она напрочь забыла об ужасах Бабьего Яра. И даже собиралась разбить здесь парк с каруселями.
Однако если память о трагедии Бабьего Яра умерла в чиновничьих душонках, то люди, имеющие честь и совесть о ней не забывали.
Известный украинский писатель и философ, бывший диссидент советской поры Иван Дзюба рассказывал о стихийном митинге, который произошел в Бабьем Яру в 1966-м году: «Тогда в Яру все имело другой вид, чем теперь. Когда сейчас приходишь сюда, то не узнаешь этого места. Все эти холмы были заполнены людьми. Стояло удивительное молчание, можно сказать, красноречивое молчание. Сразу ощутил все это и наполнился трагическим настроением. В основном здесь тогда собрались люди как-либо причастные к трагедии – родственники или знакомые погибших, а также те, кто им сочувствовал. Были там даже те, кто чудом выжил в те страшные годы. Народ был очень взволнован. Люди пришли, даже приехали в тот день из самых разных мест. Вдруг кто-то воскликнул: «Писатели приехали!» К нам кинулась толпа людей: «Скажите! Скажите что-нибудь! Хоть что-то скажите!».
Они хотели услышать какие-то слова, потому что раньше такого митинга никогда не было. Прежде такое лишь тайно происходило, а тут, вроде, открыто.
«Ну скажите хоть что-нибудь!» Нас растянули в разные стороны. Виктора Некрасова в одну сторону, меня в другую. А еще Антоненко-Давидович, Борис Дмитриевич, с нами был. И каждый из нас что-то свое людям сказал…».
А вот выдержки из протокола заседания киевского горкома КПУ от 12 октября 1966 года:
«Пункт 19: «О случаях самовольного сборища в Бабьем Яру». Читаем: «29 сентября этого года в Бабьем Яру на месте расстрела фашистскими оккупантами советских людей состоялось неорганизованное сборище по случаю 25-й годовщины события. В этот день самовольно собрались жители Киева, преимущественно еврейской национальности».
И далее: «Перед присутствующими разные особы провозглашали речи, в которых вместе с призывами почтить память погибших, высказывалось неудовольствие тем, что до сих пор на этом месте нет памятника. В частности, здесь выступали члены Союза писателей Украины Некрасов, Дзюба, Антоненко-Давидович, архитектор Белоцерковский, которые делали акцент на необходимости вести борьбу с антисемитизмом и на объединении усилий украинского и еврейского народов для сохранения собственной культуры. Писатель Дзюба при этом утверждал, что якобы ныне в Украине повторяются события 1937 года…».
Призыв бороться с антисемитизмом в то время был весьма актуальным. Да только у властей до этого не доходили руки. Зато они были заняты активной борьбой с сионизмом, о котором в те годы в Киеве знали только считанные евреи. И эта самая «антисионистская борьба» в сознании представителей власти каким-то иезуитским образом переплеталась с отношением к памяти жертв Бабьего Яра.
Сегодня на украинскую землю вновь вторгся жестокий враг. „Еврейский вопрос“ ныне далеко не так актуален, как в годы Второй мировой. Тем не менее уже спустя неделю со дня начала российской агрессии ракета захватчиков упала на прилегающую к Бабьему Яру территорию. А еще буквально сразу российской артиллерией был сильно поврежден памятник Менора в Дробицком Яре в Харькове. Затем пострадала синагога в Умани, где каждую осень на могилу цадика Нахмана собираются тысячи еврейских паломников. А совсем недавно российский ракетный удар обрушился на еврейское кладбище в Первомайске Николаевской области.
Российские пропагандисты нагло утверждают, что их войска бьют только по военным объектам. Здесь хочется спросить: а какие такие военные объекты находятся под мацевами? Вопрос, естественно, риторический.
Наш долг как свидетелей этих страшных событий – рассказать о них следующим поколениям. Только так народная память побеждает беспамятство.
