Топор мясника

Елена КОТОВА, "Сноб" | Номер: Декабрь 2015

Тило Сарацин на презентации своей книги

Тило Сарацин на презентации своей книги

Давала себе зарок не писать о терроризме. В особенности о его национальных и религиозных измерениях. Мы скорбим о жертвах террористов. Сплотиться, проявить солидарность. Нужно мужество. Цивилизованное братство победит… Выход за рамки коридора этих оценок трагедии — распятие за ксенофобию, или даже расизм. Придется нарушить зарок.
О Париже писать не имею права. Я не жила там, у меня нет своей правды, нет оценок, основанных на личном опыте и собственных переживаниях, а не на умозрительных рассуждениях. Я жила в Лондоне и в Берлине. Не могу думать, что трагедия Парижа повторится в Берлине, но если это случится, не удивлюсь. Не могу понять, почему забыт Лондон.
Десятилетие меняющейся реальности и косность мантры политиков о толерантности. Она уже противоречит здравому смыслу, но это на мой взгляд. Важнее то, что она противоречит и желаниям большинства граждан Европы.
Немецкие политики вообще-то еще в 2010-м могли прислушаться к книге Тило Сарацина Deutschland schafft sich ab (“Германия себя уничтожает”). Буквальный перевод названия: “Германия себя сделала”! Автор писал, что мусульмане гордятся своей “неинтеграбельностью” и смотрят на приютившую их страну, “как на объект добычи”. Автора предали анафеме, исключили из совета директоров Бундесбанка, размышляли, не исключить ли еще из SPD. А “позор” его книги постарались быстрее забыть.

“Германия себя сделала” говорит не только о том, что мусульманская иммиграция несет угрозу терроризма. Она об угрозе подчинения Германии культуре и религии мусульман. Об утрате национальной идентичности. “Интеграция требует усилий от иммигрантов, — заявлял Т. Сарацин. — Я не обязан считаться с теми, кто живет на пособия, при этом отрицая легитимность государства, дающего их. Не заботясь об образовании детей и постоянно производя на свет новых маленьких девочек в парандже. Это верно в отношении 70% турецкого и 90% арабского населения Берлина”. По его мнению, ни одна иная группа иммигрантов не живет в такой степени за счет социальной помощи и преступности. И ни в одной иной религии “нет столь плавного перехода к насилию, диктатуре и терроризму”.
Да, шокирует! Ангела Меркель стала первой в числе обличающих Сарацина. “Если у турок проблемы, я — их канцлер тоже”, — заявила она. А все мои немецкие друзья считали, что Сарацин прав. Только “об этом нельзя говорить вслух. Это ксенофобия, немцев обвинят в фашизме”. Манифест Сарацина поддержало 66% населения Германии, включая и этнические меньшинства. Если Меркель — канцлер и для турок, то точно ли она канцлер для этих 66%?
Еще до нынешнего наплыва беженцев в страны ЕС въезжали ежегодно сотни тысяч мусульман. Легализовавшись в одной стране, окрепнув на ее пособиях, ехали дальше, пользуясь правом гражданина ЕС жить в любой стране единой Европы. Не считаясь с тем, что это право завоевали европейцы. Уверенные в своем праве жечь их машины и проповедовать борьбу с их религией и этикой.
Англичане простили им многое. 7 июля 2005 года был взорван автобус на Tavistock Square и две станции лондонского метро.
Еще в 2010 году враждебность к мусульманам испытывало лишь 25% населения. Сегодня — 32%. Прежде всего из-за антихристианской пропаганды и того самого “плавного перехода к насилию, диктатуре и терроризму”, что предлагается исламом взамен.
В Лондоне треть Belgravia, Knightsbridge и Mayfair заселили образованные арабские мультимиллионеры. А в паре километров на север, на Edgware road — сначала живописно-пряные этнические рестораны, еще севернее — уличные рынки и торговля шаурмой, еще дальше — мечети. Схожий пейзаж и в кварталах, примыкающих к северным частям Tottenham Court Road. Листовки с обличениями христианства и разъяснением ценностей ислама раздаются смуглыми волонтерами и валяются мусором на улицах.
Пикеты исламистов у посольства Дании на Cadogan square — за карикатуру на пророка Мохаммеда в датском журнале — никого особо не шокировали. Демонстрации мусульман в защиту своих прав от Oxford street до Picadilly — тоже нормально. Женщины в паранджах — само собой. У всех равные права выражать свои взгляды и чувства.
С каждым годом мне становилось неуютнее, а потом и просто страшнее забредать в мусульманские районы. Поверьте, там больше вражды и агрессии, чем, к примеру, в Стамбуле. Зачем ехать в чужую культуру, чтобы орать о том, как она ненавистна? Посмотрела бы я на европейцев, если бы обличали ислам в Саудовской Аравии, разгуливая при этом в шортах и мини-юбках.

Исламистская демонстрация в Лондоне.  На плакате: "Шариат для Соединенного королевства"

Исламистская демонстрация в Лондоне.
На плакате: “Шариат для Соединенного королевства”

“Око за око, зуб за зуб” выкрикивал в мае 2013 года рожденный в Британии (!) мусульманин посреди Вулиджа, этнического района на окраине Южного Лондона. Он и его подельник убивали 20-летнего английского солдата, кромсали его ножами и топором мясника, расчленяя тело. Демонстрировали застывшей в шоке английской публике окровавленные руки, топор, и “плавный переход к насилию” — проповедуемый в лондонских мечетях и вокруг. “Клянемся всемогущим Аллахом, что никогда не прекратим воевать с вами, пока вы не оставите нас в покое. Ваши люди никогда не будут в безопасности”. Чудовищный перфоманс продолжался почти полчаса (!), пока приехавшая полиция не пристрелила убегавших убийц.
Европейцы связаны обетами христианской этики о суверенном праве каждого на жизнь по собственным убеждениям. Но что себе думают те самые арабские мультимиллионеры? Владелец Harrods, например, Мохаммед аль-Файед, который породнился бы с королевской семьей, если бы невменяемый водитель не убил его сына вместе с принцессой Дианой. Или мой бывший сосед по дому, арабский шейх Салим Халим. Они же соотечественники агрессоров. Они приехали в Лондон, чтобы хранить и вкладывать тут свои капиталы. Не в Ливане или Саудовской Аравии, а именно тут. Они вхожи в сливки сливок общества, которое кошмарят террористы. Почему они-то молчат? Ведь они — органичные модераторы, способные помочь двум культурам услышать друг друга.
Но эта мусульманская элита уже не считает соотечественников с окраин своими компатриотами. Даже образованные террористы с топором — а те были студентами (!) – им не ровня. На их исторической родине общество дуально. Современный сектор интегрируется в мировое сообщество, его элита нанимает западных юристов и говорит на нескольких языках. В традиционном секторе люди живут в нищете, рождают радикальные интерпретации религии и всегда готовы воевать. Элите плевать на терроризм. Она сама от него не пострадает, а англичане пусть сами выкручиваются с их моралью. Тем более, у аль-файедов и салимов есть собственные бонусы от мантр насчет egalite и fraternite.
Эти мантры объявляют растущее сопротивление европейских обывателей агрессии мусульман недостойным цивилизованного человека. Liberte и fraternite защитят от миллионов тех, которым эти ценности ненавистны. Нельзя видеть в мясниках чужаков, — даже если они размахивают окровавленным топором, — чтобы самим не стать варварами. Погибать при этом? Не без того. Но оставаясь цивилизованными.
А обыватели шкурой чувствуют, что цивилизованный с мантрой по определению проигрывает варвару с топором. Они шептались на моей кухне в Берлине: “Мы готовы платить за общий европейский дом с его многонациональной культурой. Но ни мы, ни наши деды не подписывались переваривать исламскую культуру и религию, которые, как мы понимаем, построены на войне с неверными”. Обывателю Лондона плевать, что прямых призывов к насилию нет в Коране. Ему хватает тех, что он видит в жизни.
Лишь Королева остается Королевой! Отказала аль-Файеду в титуле пэра. В отличие от Элтона Джона и Джуди Денч. Для нее он мало отличается от тех, с топором мясника. Он не заодно с ней в обуздании своих соотечественников. Значит, заодно с ними. А ее долг — защитить своих подданных, свою культуру и монархию как часть этой культуры.
Почему белому — да, белому! — европейскому христианину должно быть стыдно за желание оградить себя от насилия? Он же не проявляет нетерпимости просто к цвету кожи или иной, чем его, религии. Только что-то никто не слышал о погромах, учиненных филиппинцами, китайцами или славянами.
Если неинтеграбельные не интегрируются — может, пересмотреть мантры? Подумать, не стоит ли оградиться хотя бы от топора. Оградиться забором, невыдачей виз. Закрытием счетов. Арестом активов аль-файедов. Ведь даже по европейским мантрам это допустимо. Даже опыт какой-никакой имеется.

Автор: Елена КОТОВА, “Сноб”