Право на героизм | Еврейский Обозреватель

Право на героизм

СЕМЕН БЕЛЬМАН, Председатель Черниговской областной еврейской общины | Номер: Январь 2014

Belman_1Не так давно черниговцы торжественно отметили 70-ю годовщину освобождения нашего родного города от фашистских захватчиков. Участников и свидетелей тех героических событий, к сожалению, осталось уже немного. Однако, как это ни покажется странным, и сегодня, даже по прошествии семи десятков лет, тема войны еще довольно популярна и часто поднимается в обществе.
Однако, к сожалению, нередко она поднимается не столько с тем, чтобы помнили, а часто только чтобы опорочить или извратить, переписать историю страны и народа. Увы, создавать новые исторические мифы и извращать правду о войне недобросовестным и предвзятым исследователям уже в ином, выгодном им, свете позволяет бывшая советская историография, руководимая, как раньше писали, «нашей доблестной Коммунистической партией», и действительно подгонявшая свои труды под нужный партии стандарт. Страшно то, что новые «исследования», замешанные на полуправде, могут создать прецедент, при котором будущим поколениям вообще станет невозможно разобраться в истории страны и народа.
Безусловно, и у евреев есть свои претензии к тому, как подавалась в советской литературе и историографии их судьба в период нацистской оккупации и их участие в войне. Я же постараюсь быть беспристрастным, ссылаясь на имеющиеся в моем распоряжении документы.
В начале 2000-х годов наша общинная еврейская воскресная школа проводила свои занятия в классах Черниговской СШ №19. Учительскую нам предоставили в «Комнате боевой славы», поскольку свое прямое предназначение она уже не несла. Изучая в перерывах между уроками экспонаты музея, я обратил внимание на книгу об участии подростков в войне.Каждый рассказ в ней сопровождался фотографией юного героя и краткой подписью к ней: «Нина Созина только окончила школу, как пришлось взяться за оружие. Автомат русской патриотки не знал промаха». Под другой фотографией была подпись «… сын украинского народа». И так далее. Все дети-герои имели национальность. Этот пункт подчеркивал героический порыв всего огромного советского народа в борьбе с врагом, что было красиво представлено авторами издания и, вероятно, верно. Но вот перелистываю очередную страницу… Рассказ о подвиге связного партизанского соединения А.Ф.Федорова юного Миши Давидовича, который, будучи раненным, окруженный фашистами, подорвал себя гранатой. С фотографии на меня смотрело улыбающееся лицо подростка в шапке-ушанке с красной звездой, в телогрейке, с карабином за спиной и противотанковой гранатой за поясом. Однако в подписи под фото я не нашел национальности героя. Просто – «… Миша Давидович».
Обсудив этот прискорбный факт с учителями, я так и не решился (не знал как) рассказать о нем ученикам.
Прошло несколько лет. Где-то в 2009 году у нас в общине стал давать консультации юрист-волонтер, вышедший на пенсию, в прошлом – начальник Государственной исполнительной службы Деснянского района города Чернигова, Михаил Александрович Еленский. Как-то он зашел ко мне в кабинет и показал книгу Якова Давидзона «Орлята партизанских лесов». Открыв книгу, он на одной из страниц показал мне очерк «Взлети выше солнца» и предваряющую текст фотографию… Из книги на меня смотрели улыбающиеся глаза того самого Миши Давидовича. «Это мой дядя», – сказал Михаил Еленский. И предложил этот материал опубликовать в нашей газете. Почему я не сделал этого раньше – читатель поймет из дальнейшего моего рассказа.
А тогда Михаил Еленский рассказал мне, что Миша Давидович был родным братом его матери – Давидович Евдокии Зиновьевны. Жили они с отцом Зиновием Львовичем и матерью Елизаветой Леонтьевной в местечке Ропск около Новозыбкова. Зиновий Львович работал начальником леспромхоза и с началом войны ушел в партизаны. Видимо, партийные руководители района оставили его для подпольной работы в тылу врага.
Chern_2В семье Давидовичей было шестеро детей. Через два месяца после прихода в Ропск немцев еврейку Елизавету Давидович с тремя младшими детьми кто-то выдал, и их всех нацисты (а возможно, и их подручные из местного населения) убили. Каким-то чудом двух старших детей Евдокии и Михаила (еще один учился в Москве) в момент ареста матери не оказалось дома. После этой трагедии, пережив страшные часы, дети ушли в лес искать отца. Так они оказались в соединении Федорова.
Что представляла из себя партизанская семья Давидовичей? Отец Зиновий Львович в отряде занимался тыловым обеспечением. Дожил до наших дней, работал после войны директором сахарного завода.
Дочь Евдокия (мать Михаила Еленского) воевала до 1943 года, была медсестрой. После войны Евдокия Зиновьевна работала фельдшером на скорой помощи в Городне. А вот 13-летний Миша стал в отряде связным.
Вот что мы находим о Мише Давидовиче в книге-фотолетописи того же Якова Давидзона «Уходили в поход партизаны».
«У этого кареглазого мальчишки в партизанском лесу был родной дом – в отряде находились отец и сестра. Но не за одну лишь храбрость любил юного связного командир соединения А.Ф. Федоров: не было другого такого затейника, куплетиста и весельчака, как Миша Давидович. Он и частушки пропоет, и спляшет так, что у раненных ноги сами ходят. Когда выходили из окружения в Злынковских лесах, ушел Миша в разведку с небольшой группой бойцов. Немцы обнаружили партизан. Все погибли, а Миша был тяжело ранен. Он видел бегущих врагов, спешивших захватить его живым. И когда они приблизились вплотную, выдернул кольцо гранаты…».
Вот, собственно, и вся история гибели героя, которому тогда было всего 15 лет.
Однако вернемся к советской литературе и книге Якова Давидзона «Орлята партизанских лесов». И прежде – несколько слов об авторе. Яков Борисович Давидзон, в годы войны – фотокорреспондент газеты «За Радянську Україну», по заданию Штаба партизанского движения Украины был направлен в соединения А.Ф. Федорова и С.А. Ковпака. Вместе с народными мстителями, сражавшимися с гитлеровцами, он прошел сотни километров по вражеским тылам.
Книга «Орлята партизанских лесов» включает в себя 12 очерков о детях-партизанах соединений Федорова и Ковпака. Каждый очерк предваряет фото юного партизана и его фото уже взрослого человека наших дней. Только двое из двенадцати героев очерков Давидзона пали смертью храбрых, не дожив до наших дней. Это известный всем Вася Коробко, ушедший в соединение Героя Советского Союза Петра Вершигоры и павший смертью героя в 1944 году. Ему тогда исполнилось только 16 лет. Подвиги его Родина отметила орденами Ленина и Красного Знамени. И Миша Давидович. Места в книге, где, по замыслу автора, должны были быть послевоенные фото героев, занимают только пустые черные траурные рамки…
Теперь обратимся к очерку о Мише Давидовиче. В нем мы знакомимся с историей семьи, которая оказывала сопротивление ненавистному врагу в оккупированном местечке. Автор пишет: «Трудно приходилось Мише и Дусе: полицаи рыскали по домам, вынюхивали «подозрительных». Достаточно было советской книге попасться им на глаза, чтобы владельца ее тащили в комендатуру. По городу были расклеены грозные объявления, в которых было написано: «… за укрывательство комиссаров, коммунистов и комсомольцев – смерть».
Далее речь идет о том, что в семье Давидовичей прятали четверых раненых солдат Красной Армии. И, читатель, – внимание!
«Но кто-то сообщил полиции, что у Давидовичей скрываются красноармейцы. Нагрянула облава. В тайнике оставался последний раненный, он еще плохо ходил. Полицаи вытащили красноармейца, зверски его избили. Перевернули дом вверх дном. Детей, Дусю и Мишу, полицаи не тронули, но их мать схватили и увезли в комендатуру. Вечером ее расстреляли…». Продолжать цитирование текста я больше не буду. Даже самый предвзятый историк или исследователь-антисемит (каких тоже хватает) понимает, что вот такая история не могла произойти в оккупированном нацистами местечке с еврейской семьей… И мои объяснения здесь просто излишни.
И понятно, что еврей Яков Давидзон, зная действительную историю семьи Давидовичей, просто не мог такое написать. На последней странице книги издатели сообщают: «Литературная запись Игоря Ивановича Заседы». Не будем обвинять и его.
Очевидно, он просто делал литобработку переданного ему материала. Но сделана была эта фальсификация – насмешка над памятью героя – только с одной целью: чтобы скрыть его еврейское происхождение.
Chern_3Мне могут возразить, что, мол, ведь о еврейском юном герое Мусе Пинкензоне, который перед расстрелом заиграл на скрипке «Интернационал», писали в советские времена. Отвечу, что действительно писали и, защищая свою позицию, отошлю оппонента еще к двум документам. Тем более что материал этот написан к юбилею освобождения Чернигова.
Итак. «Радянська енциклопедія історії України» в 4-х томах (1969-1972 гг.) В этом объемистом академическом научном труде, где собраны в алфавитном порядке материалы, касающиеся людей, событий, обычаев, культуры Украины с древнейших времен, я нашел имя только одного из восьми (!) евреев – Героев Советского Союза, уроженцев или освободителей Черниговщины. Это Вихнин Залман Давидович. Согласитесь, нельзя было не поместить в энциклопедическое издание имя героя, похороненного в братской могиле в самом центре Чернигова, да еще записанного первым (особенности алфавита) на плите памятника. Справедливости ради отметим, что в 1981 году одна из улиц Чернигова получила имя Залмана Вихнина.
Но все же, несмотря на все сказанное выше, времена изменились. В марте 2010 года решением городских властей три улицы города получили названия в честь черниговцев – Героев Советского Союза, и двое из них – наши соплеменники: генерал-майор авиации Борис Миронович Ривкин и старший лейтенант Гирш Хацкелевич Юдашкин.
21 сентября 2013 года во время торжественной церемонии перед прохождением войск Черниговского гарнизона в честь 70-й годовщины освобождения Чернигова от немецко-фашистских захватчиков все присутствовавшие услыхали из уст ведущей: «З політдонесення начальника політвідділу 181-ої ордена Леніна Сталінградської дивізії начальнику політвідділу 13-ої армії. 22 вересня 1943 року: «…капітан Евентов першим встановив червоний прапор над містом Черніговом на будівлі обласної ради…
Червона матерія Евентову була принесена громадянкою міста Чернігова Сергеєвою Поліною Григорівною, яка благословила прапор нею ж принесеною іконою…»
Евентов Абрам Матвійович, капітан, заступник командира з політчастини Першого батальйону 271-го Нижньо-Волзького стрілецького полку 181-ої ордена Леніна Сталінградської дивізії.
За встановлення Червоного Прапора в Чернігові нагороджений орденом Червоного Прапора».
А в позапрошлом году, как раз перед днем освобождения Чернигова, начальник управления культуры Черниговского городского совета Олег Павлович Васюта – интересный человек и подлинный интеллигент – рассказал мне о малоизвестных тогда материалах, связанных с историей водружения красного знамени на центральной площади освобожденного Чернигова 21 сентября 1943 года, и поинтересовался этимологией редкой фамилии «Эвентов». Так вот, в переводе с иврита «эвен тов» – это «хороший камень». И хочется верить, что современные исследователи смогут заложить как раз такой – хороший! – камень в фундамент новой, честной и непредвзятой, украинской историографии.