Тайная война против евреев | Еврейский Обозреватель

Тайная война против евреев

Джон Лофтус, Марк Ааронс | Номер: Июнь 2012

Как западные державы предали еврейский народ Курская Битва
Первая часть № 3/231
Вторая часть № 4/232
Третья часть №5/233

В ходе одной из эффективнейших операций всех времен, тайной задачей сети «Макс» являлось снабжение немцев правдивой информацией, которая усыпила бы их бдительность и внушила ложное чувство безопасности. Затем агенты сети заманили немецкие дивизии в серию смертельных «котлов» на Восточном фронте, используя редкие вкрапления ложной информации среди общего потока достоверных сведений. Первой такой ловушкой был Сталинград, следующей — гигантская битва под Курском, в которой были уничтожены гитлеровские танковые дивизии. Заключительным актом было введение немецкого командования в заблуждение по поводу состояния Красной Армии, которая в 1944 году якобы находилась на грани краха. На самом же деле советские войска готовили наиболее мощное наступление за всю войну.

Не будет преувеличением сказать, что «фашистские» евреи сети «Макс» сделали для разгрома немецкой армии больше, чем все западные спецслужбы, вместе взятые. Семьдесят процентов дивизий Гитлера были уничтожены на Восточном фронте, в значительной мере благодаря дезинформации, организованной сетью «Макс». Самое интересное то, что немецкие генералы продолжали верить донесениям «Макса» практически до последнего дня войны, а ведь они вовсе не были доверчивыми глупцами.

Тайная война против евреевВо время этой войны ни нацистам, ни западным союзникам не было дела до страданий евреев. Несмотря на то, что деятельность Ватикана по спасению евреев была ничтожной по объему, папа Пий ХII, вероятно, спас их больше, чем все союзники, вместе взятые. К 1944 году сионисты оставили надежду на вмешательство союзников. Следует напомнить, что лишь несколькими месяцами ранее, весной 1943 года, на Бермудской конференции британская делегация отвергла инициативу американцев по спасению евреев, опасаясь, что в результате ее может начаться массовый исход в Палестину. И даже после 1943 года заместитель министра обороны США Джон Маклой отдал письменный приказ, запрещающий американским самолетам отвлекаться на бомбежку концентрационных лагерей.

Евреи безуспешно взывали к международным организациям по оказанию гуманитарной помощи. Затем они попробовали выкуп. В середине 1944 года, когда был уже очевиден скорый крах Третьего Рейха, начались переговоры между агентами сионистов и нацистским правительством. Последняя глобальная акция Эйхмана по уничтожению 800 тысяч евреев Венгрии уже началась, и венгерский сионист Джо Брэнд был послан в Турцию, чтобы попытаться выкупить как можно больше людей в обмен на поставку 10 тысяч грузовиков, при условии, что они «будут использованы только на русском фронте».

Англичане отказались участвовать в этой сделке, и переговоры были перенесены в Швейцарию, где находилась штаб-квартира Аллена Даллеса. В конечном счете, и еврейские, и американские деньги были переданы немцам в обмен на ничтожно малое число евреев. Фактически переговоры о выкупе были циничной уловкой Третьего Рейха, которая была нужна ему для того, чтобы сионисты ничего не предпринимали в то время, как евреев Венгрии отправляли в газовые камеры Освенцима. После того, как сделка «грузовики за евреев» провалилась, сионисты перешли от выкупа к шантажу, и последнее сработало.

Когда Даллес и Энглтон оказались связаны с сетью «Макс», они даже не могли представить себе, что одна из ключевых фигур в разведке адмирала Канариса — тайный сионист. После войны следователи американской разведки были поражены большим числом евреев среди людей «Макса», которые участвовали в попытках выкупить евреев. Один из еврейских резидентов сети потребовал новую цену за сотрудничество. Он хотел тайно переправить евреев в Палестину. Британский историк Ричард Дикон пишет: «Палестинским евреям помогал один немецкий еврей, который был одним из тех евреев, которых завербовал адмирал Канарис для Абвера (немецкой разведки).» Дикон нечаянно открыл один из самых тщательно скрываемых секретов израильской разведки — один из главых людей в сети «Макс» перешел на сторону Бен-Гуриона, но изменил он не Канарису, а коммунистам. Документы канцелярии Бен-Гуриона этого периода закрыты и строго засекречены, однако двое из наших «старых шпионов» сообщили, что человек, вошедший в контакт с Бен-Гурионом, был одним из руководителей «Макса», возможно, сам Ричард Каудер.

К концу войны Каудеру и его еврейским агентам стало очевидно, что операции по спасению евреев не состоятся. Как Даллес, так и нацисты были гораздо больше заинтересованы в собственном спасении и в сокрытии денег, чем в спасении евреев от газовых камер. Имеются некоторые данные, подтверждающие версию о том, что сам Каудер вступил в контакт с Бен-Гурионом.

После войны советская военная разведка ГРУ намеревалась использовать сеть «Макс» против западных стран так же, как она использовала ее ранее против немцев. ГРУ удалось внедрить своего человека в ЦРУ, о чем было известно «Максу», а через него — Бен-Гуриону. ГРУ предложило Бен-Гуриону назвать свою цену за молчание об этой операции, и тот сказал им, чего он хочет — страну. Впервые в истории сионистского движения евреям удалось найти управу на Сталина. Угрожая раскрыть, что «Макс» контролируется Кремлем, евреи хотели использовать предоставившуюся им возможность. Бен-Гурион не был коммунист, он был реалист.

Тайная война против евреевОн знал, что союзники не пошевелили пальцем во время уничтожения 6 миллионов евреев. Он знал, что британское правительство готово на любые меры, чтобы не допустить создания государства Израиль. Американский народ поддерживал создание сионистского государства, однако одних Соединенных Штатов было недостаточно, чтобы противостоять голосам Британии и ее сторонников в ООН. Бен-Гурион, если он хотел получить страну, должен был добиться голосов советского блока. Он должен был совершить сделку со Сталиным — молчание «Макса» за советскую поддержку по вопросу Палестины.

Шантаж Бен-Гуриона сработал. В 1947 году Советский Союз неожиданно превратился в одного из главных сторонников раздела Палестины на арабское и еврейское государства. Чтобы понять, насколько существенным было изменение советского политического курса, следует вспомнить, что сионизм был одной из главных целей советской пропаганды в течение почти полувека, а началось это еще до революции 1917 года. В то время, как британские и американские «правые» пытались представить сионистов в качестве послушных Сталину марксистов, «левые» обвиняли сионистов в том, что они никакие не марксисты, а просто замаскировавшиеся капиталисты.

Сталину было нелегко согласиться помогать в создании сионистского государства. Советский диктатор был сам одним из самых яростных антисемитов своего времени. Русские евреи горько шутят, что спустя тысячу лет Гитлера будут вспоминать как мелкого тирана в эпоху Сталина. Советский лидер был кем угодно, но только не сторонником сионистов. Одной из целей кровавых чисток 30-х годов было желание Сталина убрать евреев-коммунистов из Коминтерна, из армии и из партии. Евреи стали единственной группой населения в Советском Союзе, религия которых отмечалась в паспортах.

Во время войны советское правительство постоянно противилось любым переговорам с Гитлером о спасении евреев. Сталин говорил, что ему все равно, сколько товарных вагонов используется Гитлером под отправку евреев в концлагеря, пока эти вагоны не доставляют амуницию на Восточный фронт. Позднее, на ялтинской конференции «Большой тройки» в 1945 году, Сталин был против любых уступок в пользу еврейских интересов в Палестине, которые бы не устраивали арабов.

Давид Бен-ГурионСделку Бен-Гуриона со Сталиным можно считать грубой и циничной, но не следует забывать, что и времена были грубыми и циничными. Несмотря на то, что американское общественное мнение было на стороне евреев, лишь немногие из сионистов полагались на Рузвельта. И обещание Рузвельтом Ибн Сауду нейтралитета в пользу арабов в Палестине не было для них сюрпризом. Как признавали ведущие сионистские лидеры, если бы Рузвельт был жив, вряд ли возникло бы Государство Израиль. И они знали, о чем говорили.

Удалось выяснить, что акулы Уолл-стрита, особенно нефтяные компании, имели влияние на политику правительства. Сионисты быстро установили, что наиболее непримиримым их оппонентом был военно-морской министр Джеймс Форрестол, соратник Даллеса. К 1946 году Форрестол заменил Сталина в роли Врага Сионизма Номер Один.
В течение нескольких коротких лет Бен-Гуриону предстояло изменить Сталину, довести Форрестола до самоубийства и подтвердить свою верность Соединенным Штатам. Вот-вот должен был начаться новый этап тайной войны против евреев. Это был, наверное, самый важный этап, который определял, поддержит ли мировое сообщество разделение Палестины на еврейское и арабское государства. Поскольку у Бен-Гуриона не было нефти в обмен на поддержку в ООН, он решил прибегнуть к самому своему верному оружию — шантажу.

7
Большинство исторических книг приписывают правительству Соединенных Штатов обеспечение голосования в ООН в поддержку создания Государства Израиль. Однако правда заключается в том, что несколько ключевых фигур в демократической администрации Трумена делали все, что в их силах для провала голосования, и они почти добились успеха. Трумен утратил контроль над собственным правительством в решающий момент и в результате эти люди должны были полагаться только на себя для обеспечения победы на голосовании в ООН.

Джеймс ФоррестолПервый секретарь министерства обороны Соединенных Штатов Джеймс Форрестол возглавлял клику высших чиновников Госдепартамента и разведки в администрации Трумена, которая за спиной президента пыталась предотвратить создание Государства Израиль. Форрестол фактически был агентом Алена Даллеса в администрации Трумена, в то время, как Даллес готовил предвыборную кампанию соперника президента губернатора Томаса Дьюи.

Когда сионисты непосредственно перед голосованием в ООН поняли, что они могут не набрать нужного количества голосов, они начали шантажировать Нельсона Рокфеллера, который в конечном итоге обеспечил большую часть ранее враждебных голосов стран Латинской Америки.
Еще до окончания Второй мировой войны Форрестолом овладела навязчивая идея советского экспансионизма в страны Ближнего Востока. Он полагал, что «коммунистические агенты ведут интенсивную деятельность в ближневосточных странах, в том числе и в тех, от поставок нефти из которых зависит свободный мир». Если арабы прекратят поставки нефти, «военный и промышленный потенциал всего свободного мира существенно сократится».

Иными словами, Джеймс Форрестол полагал, что контроль над ближневосточной нефтью неизмеримо важнее, чем воплощение мечты сионистов. Евреи в очередной раз были лишь издержками, а Саудовская Аравия «делом первостепенной важности». Кроме того, когда речь заходила о евреях, Форрестол мог оставаться в лучшем случае индифферентным. Как пишет его биограф Арнольд Рогов:
«Форрестол прожил большую часть своей жизни в антисемитском мире. Семейный круг его был антисемитским, и большинство друзей определенно не любило евреев. В период его уолл-стритской карьеры значительное число известных банков и юридических фирм не принимали на работу евреев, а нью-йоркские и вашингтонские клубы, к которым он принадлежал, не предоставляли членства лицам еврейского происхождения. Сам военно-морской департамент пользовался печальной известностью своей кадровой политикой по этому вопросу».
Сам Форрестол признавал, что он считал евреев «другими» и «никогда не мог понять, как еврей и нееврей могут быть друзьями». В то время, как он всячески подчеркивал необходимость поддержки арабской позиции по вопросу Палестины, «его отношение к евреям, спасшимся из концентрационных лагерей, было совершенно безразличным». Как и многие другие члены клубов, в которых он состоял на Уолл-стрит, особенно такие близкие друзья как Аллен Даллес, Форрестол был согласен только на символическую иммиграцию евреев в Соединенные Штаты. Не раз он высказывал мнение о том, что их надлежало бы отправить в Южную Америку.
Эти люди во время войны контролировали нефтяную политику правительства, а позднее передали свои секреты новому поколению ставленников монополий, людям типа Джорджа Буша, имевшим безупречный послужной список героев в войне с фашизмом.

В 1941 году, совсем незадолго до вступления США в войну, Форрестол добился для судов компании «Стандард Ойл» права поставлять нацистам так нужную им нефть. Такие друзья Форрестола как Дилон и Рид помогали финансировать Гитлера в 1934 году. Один из ближайших деловых компаньонов — Александр Кройтер — был пособником нацистов в Америке, обеспечивавшим предпочтительное отношение к западным коммерческим интересам со стороны нацистов. Кройтер позднее был связным Даллеса во время сепаратных мирных переговоров с Германией. Форрестол не один раз оказывал поддержку клиентам Даллеса, делавшим бизнес с нацистами.

Форрестол был не единственным среди администрации Трумена, имевшим особые виды на Палестину. У него было несколько союзников, в том числе заместители министра Дин Эчизон и Роберт Ловет, а также начальник ближневосточного сектора Лой Гендерсон. Эта группировка была связана с людьми, стоящими вне правительства, в особенности с представителями нефтяных компаний. Одним из самых сильных врагов Израиля была «Арамко» — саудовский нефтяной гигант. «Арамко» оказывала всяческую поддержку антисионистской линии Форрестола.
Форрестол, Эчизон, Ловет и нефтяные компании получили могущественного союзника в лице нового госсекретаря Джорджа Маршалла, который был серьезно озабочен тем, что война между арабами и евреями может нарушить его собственный план, известный как «план Маршалла». Этот план предусматривал восстановление экономики Западной Европы и предотвращение коммунистической опасности в Италии и Франции. Поскольку 80 процентов поставок нефти для Европы шли с Ближнего Востока, любая опасность для этих поставок ставила под удар и сам «план Маршалла». Джон Д. Рокфеллер по этому поводу высказался так: «Европа в ближайшие десять лет перейдет от экономики, основанной на угле, к экономике, основанной на нефти. Поэтому тот, кто сидит на кране ближневосточного нефтепровода, будет определять судьбы Европы.»

С целью не допустить создание Израиля, Форрестол должен был объединить весь кабинет против Трумена, которому для переизбрания были необходимы голоса американских евреев. Министр обороны Форрестол вместе с Госдепартаментом за спиной Трумена строили свои планы.
Накануне решающего голосования в ООН по разделу Палестины, сионистам предстояло несколько контрольных голосований перед Временным комитетом при ООН. Этот орган, состоявший из представителей всех государств-членов ООН, должен был принять несколько резолюций за несколько дней до представления Генеральной ассамблее рекомендаций по разделу Палестины. Резолюции двух подкомитетов были плохо скрытыми попытками предотвратить создание еврейского государства в Палестине, рекомендовавшими передать дело на рассмотрение в Международный суд справедливости, а там бы оно тянулось годами.

Сионисты должны были предотвратить принятие этих проарабских резолюций. Первое голосование было выиграно 25 голосами против 18, при 11 воздержавшихся, а второе — 21 голосом против 20, при 13 воздержавшихся. Таким образом, второе голосование было выиграно всего лишь 51 процентом голосов. Но это был почти провал! На заключительном голосовании в Генеральной Ассамблее для победы требовалось получить две трети голосов.
У сионистов было только три дня, с первого дня начала дебатов по вопросу раздела Палестины — и до дня заключительного голосования. За это время было нужно заручиться поддержкой двух третей участников. Если они этого не добьются — Израиля не будет!
Американская делегация хотела бы помочь арабам, но на помощи сионистам настаивал президент Трумен, заинтересованный в голосах еврейских избирателей. Несмотря на это американские делегаты не слишком склонны были пойти ему навстречу. Один видный американский сионист отмечал, что американская делегация «действовала с некоторыми ограничениями, накладываемыми определенными людьми из Госдепартамента, такими как замминистра Роберт Ловет».

Принимая во внимание вышесказанное, у евреев не было большой веры в способность Трумена контролировать свою собственную делегацию, не говоря уж о ком-нибудь еще. Сионистам же надо было за оставшиеся три дня найти, по крайней мере, еще четыре голоса для обеспечения большинства в две трети. Только один человек имел такое влияние в Латинской Америке. Бен-Гурион решил, что настало время навестить Нельсона Рокфеллера и показать ему досье, собранное на него сионистами.

В погоне за союзниками против сионистов осенью 1947 года министр обороны Джеймс Форрестол не мог предположить, что один из его основных партнеров, сам того не желая, будет отстаивать интересы евреев. Ему и в голову не могло прийти, что один из богатейших и влиятельнейших нефтяных королей может стать объектом шантажа в ноябре 1947 года, года, в который решалось будущее Палестины. Форрестол полагал, что Нельсон Рокфеллер — на его стороне. Ведь это он предоставил ему его первую государственную службу, которая одновременно позволяла ему улаживать свои дела. Так, в июле 1940 года Форрестол предложил Нельсону Рокфеллеру пост координатора по внутриамериканским делам — должность, связанную с разведкой, которую тот хотел заполучить. 

Тогда же Рокфеллер предложил администрации Рузвельта идею того, что в то время, как Гитлер и Черчилль ведут смертельный бой, Соединенные Штаты должны быть готовы использовать предоставившуюся возможность увеличить влияние американского капитала. Иными словами, вне зависимости от того, кто победит в войне, нацисты или союзники, внешняя политика государства должна использовать «экономические меры, особо эффективные против тоталитарных методов».

Под «тоталитарными» Рокфеллер подразумевал советские, а отнюдь не немецкие. Как отмечалось ранее, Рокфеллер владел контрольным пакетом акций компании «Стандард Ойл», вторым по величине пакетом акций которой владела контролируемая нацистами «И.Г. Фарбен». Наши источники из среды бывших разведчиков подтверждают, что семья Рокфеллер была в полном согласии с братьями Даллес и Форрестолом по вопросу сохранения доходов вне зависимости от того, кто победит в войне.

После вступления в должность координатора по внутриамериканским делам Рокфеллер заявил своим подчиненным, что их работа должна заключаться в том, чтобы, используя военную ситуацию, захватить латиноамериканские рынки. В то время, как Британия и Франция вели кровавую войну с Третьим Рейхом, основной заботой Рокфеллера была монополизация латиноамериканского сырьевого рынка и недопущение на него европейцев. Причем под европейцами Рокфеллер почему-то подразумевал только англичан, но не нацистов. Как уже говорилось ранее, друг Рокфеллера Форрестол добился разрешения для рокфеллеровской компании «Стандард Ойл» поставлять нефть нацистам в 1941 году. Это было, правда, до вступления США в войну, но и Перл-Харбор не изменил подхода Рокфеллера к делу.
Во все время войны, по крайней мере, пока Рокфеллер занимал этот пост, немцы получали в Южной Америке все, что хотели — от заправочных станций до шпионских баз. Англичане же должны были за все расплачиваться наличными. За рокфеллеровской риторикой о принятии мер по обеспечению национальной безопасности стояла откровенно грабительская политика. Пользуясь своей должностью, Рокфеллер и его приятели фактически захватили наиболее ценное британское имущество в Латинской Америке. Если бы англичане начали противиться, он мог бы легко блокировать поставки сырья и продовольствия, в которых так нуждалась сражающаяся с Гитлером Британия. Это был рокфеллеровский личный вариант нефтяного шантажа Аллена Даллеса.

Таким образом Рокфеллер имел колоссальное влияние в Латинской Америке, а блок латиноамериканских стран насчитывал девятнадцать голосов в ООН, тогда как европейские страны располагали всего девятью.

У Бен-Гуриона перед решающим голосованием в ООН было всего три дня для убеждения колеблющихся западных и латиноамериканских делегатов. И, если у него был какой-то контакт с западными делегациями, то к профашистским латиноамериканским делегациям требовался иной подход. Бен-Гурион понимал, что он должен убедить Нельсона Рокфеллера обеспечить необходимые ему голоса делегатов из Латинской Америки. К тому времени у Бен-Гуриона было более чем достаточно материалов против Рокфеллера, и, поскольку времени оставалось очень мало, он решил выложить карты на стол.
Это был исключительно удачный момент для такого шага — Рокфеллер, снятый в августе 1945 года президентом Труменом со своего поста, находился под подозрением по поводу своей деятельности в Южной Америке. Во время войны нацистская агентура наводнила регион, южноамериканская нефть поставлялась Гитлеру и т.д.

Согласно Конституции США предоставление помощи врагу в военное время расценивается как предательство. 22 сентября 1947 года федеральный судья Чарльз Кларк заявил: «Стандард Ойл» может считаться врагом нации из-за своих связей с «И.Г. Фарбен» уже после того, как Соединенные Штаты и Германия вступили в войну». И вот, два месяца спустя, когда Нельсон Рокфеллер уже надеялся выйти сухим из воды с минимальными потерями, к нему являются евреи с доказательствами того, что он лично предавал интересы Соединенных Штатов.
В досье имелись протоколы его банковских сделок с нацистами через швейцарские банки, его подпись на документах об учреждении немецкого картеля в Южной Америке, записи его разговоров с нацистскими агентами во время войны и, в заключение, доказательства его соучастия в акции Аллена Даллеса по нелегальной переправке нацистских военных преступников и денег из Ватикана в Аргентину.

Продолжение следует.