Государство Израиль создано | Еврейский Обозреватель

Государство Израиль создано

Шелли КЛАЙМАН | Номер: Май 2011

Государство Израиль созданоНа тихом бульваре Ротшильда в центре Тель-Авива стоит невзрачное здание, которое большинство израильтян никогда не посещали. Здесь 58 лет назад было провозглашено еврейское государство.

 Лишь 12 мая 1948 года после обсуждения, которое длилось 11 часов, Национальная администрация окончательно решила через два дня провозгласить государство. Такое решение не было ни легким, ни единогласным. Командиры Хаганы не стали предугадывать исход войны в случае массированного арабского вторжения, считая победу и поражение равновероятными. На том же заседании Голда Меир сообщила о провале ее переговоров с эмиром Трансиордании Абдаллой — последней попытке предотвратить вторжение арабских армий. Моше Шарет (Шерток), который исполнял обязанности министра иностранных дел и только что вернулся из США, сообщил об американских предложениях отложить провозглашение независимости.

Госсекретарь США посоветовал Шарету не возлагать надежд на американскую помощь в случае вторжения арабских армий. Шарет ответил ему: «Мы и раньше воевали сами и сейчас не просим помощи. Мы только просим вас не вмешиваться».

После дискуссии, затянувшейся далеко за полночь, шестью голосами против четырех было решено отклонить американское предложение и провозгласить государство. О принятом решении сообщили по телефону в Нью-Йорк председателю Всемирной сионистской организации Хаиму Вейцману, который поддержал его, воскликнув при этом на идише: «Чего они ждут там, идиоты?» Вскоре Вейцман призвал президента Трумэна признать еще безымянное еврейское государство, сказав: «Господин президент, наш народ стоит перед выбором: государственность или истребление. Я убежден, что Вы примете решение по велению нравственного долга».

Итак, жребий был брошен. На подготовку текста Декларации Независимости и подобающей церемонии оставалось двое суток. Чтобы не нарушить субботу, решено было провозгласить независимость в 4 часа в пятницу, за восемь часов до официального завершения британского правления. Начался настоящий бег наперегонки с временем.

На заседании 12 мая обсуждался проект Декларации. Он был не первым и оказался, несмотря на цейтнот, не последним. Среди прочего, обсуждалось название государства. Кроме «Израиль» предлагались «Сион», «Эрец Исраэль», «Йехуда», «Эвер» (от корня иври — «еврейский») и др.

Было решено провести церемонию провозглашения государства в главной галерее тель-авивского музея. Рассматривались и другие помещения — зал театра «Габима» или одна из больших синагог, но Национальная администрация учла опасность воздушной бомбардировки, при которой все руководство новорожденного государства могло быть уничтожено одним ударом. Поэтому место и время исторического события были засекречены, и пышной церемонии предпочли скромный акт в неприметном здании музея.

Рождение Государства Израиль произошло на участке, который был первым разыгран в лотерее, проведенной на пустынной песчаной дюне 11 апреля 1909 года, и эта дата считается днем основания Тель-Авива. Достался этот участок Меиру Дизенгофу, ставшему первым мэром Тель-Авива, и его жене Зине, прекрасной пианистке. Их домик, построенный на этом участке в 1910 году, стал культурным и духовным центром молодого города. Дом четы Дизенгоф посещали Хаим-Нахман Бялик и Ш.-Й. Агнон, Уинстон Черчилль и Альберт Эйнштейн. После смерти жены в 1932 году Дизенгоф отдал дом под художественный музей, который открылся уже в перестроенном трехэтажном доме 23 февраля 1936 года.

Подготовка торжественной церемонии была поручена секретарю Национальной администрации Зеэву Шарефу. Он попросил тель-авивского графика Отто Валлиша оформить зал и каллиграфически написать текст Декларации на свитке.

Два плотника целые сутки сколачивали невысокий подиум, стулья самых разных стилей принесли из соседних кафе, микрофоны — из музыкального магазина, ковер взяли напрокат в какой-то лавке. Валлиш купил новые люстры. Стену за подиумом покрыли голубой тканью, купленной в универсальном магазине «Ха-машбир», и украсили большим портретом Герцля. По обе стороны портрета висели выстиранные и отутюженные флаги.

В лаконичных приглашениях, разосланных 13 мая, адресатов предупреждали о необходимости сохранять в тайне время и место акта. Прессу тоже обязали сохранять тайну. Поскольку зал вмещал не более 350 человек, встала нелегкая задача отбора гостей.

В числе приглашенных был и секретарь Герцля Й. Шалит. На Первом сионистском конгрессе в Базеле именно он развернул флаг, ставший знаменем сионистского движения. Теперь, спустя полвека, он попросил доверить ему развернуть на сей раз государственный флаг, но из-за нехватки времени ему отказали. Через год, накануне первой годовщины Независимости, тот же флаг прислали Шалиту, и он вывесил его на своем балконе. Как пояснил Шареф, таким образом было принесено «молчаливое извинение за то, что мы не смогли тогда уважить его просьбу».

В 6 часов вечера 13 мая Национальная администрация собралась для последнего обсуждения текста Декларации. Больше всего споров вызвало слово «Б-г» в заключительной статье Декларации. Левый деятель Аарон Цизлинг был решительно против предложенной формулировки «с верой во Всевышнего», так как ни ему, ни кому-либо другому нельзя навязывать веру. Двое верующих, Фишман и Шапиро, возразили ему, что в документе, провозглашаемом от имени всех евреев, нельзя не упомянуть Б-га. Поэтому следует, как предложил Шапиро, либо оставить «Б-г Израиля», либо пойти на компромисс и написать «Всемогущий Спаситель Израиля».

Одно из наименований Бога в иврите — Цур Исраэль. Цур — «скала, оплот», и «Цур Исраэль» понимается как «Оплот Израиля». Бен-Гуриону удалось уговорить всех принять вариант «Цур Исраэль», который каждый волен понимать в зависимости от личных убеждений.

Наконец при повторном голосовании текст Декларации был единогласно утвержден за час до провозглашения государства. Члены Национального совета поспешили домой переодеться. Шареф остался в здании Еврейского национального фонда, ожидая пока секретарши перепечатают окончательный текст. Времени на подготовку каллиграфически написанного свитка, разумеется, уже не оставалось.

Несмотря на секретность, слухи о предстоящем событии разнеслись по Тель-Авиву, и толпы людей заполнили улицы по соседству с музеем. Вокруг здания расставили охрану, а у входа в него застыл почетный караул. За несколько минут до 4 часов, когда Верховный комиссар сэр Алан Каннингхэм уже вступил на борт британского военного корабля «Эвралиус», отплывавшего из хайфского порта ровно в полночь, к музею подъехал автомобиль, и Бен-Гурион проследовал в здание. Народ восторженно приветствовал его, а караульные отдали ему честь.

Когда до исторического события оставались считанные минуты, возникла неожиданная угроза его срыва: Декларация была еще в руках у Шарефа в здании Еврейского национального фонда, а машины для доставки ее к месту церемонии у Шарефа не оказалось. Блестящий организатор обеспечил транспортом всех, кроме себя самого. Не найдя такси, Шареф остановил проезжавший автомобиль. Но юноша за рулем отказался подвезти его, так как торопился домой, чтобы услышать провозглашение государства по радио. Пришлось ему сказать: «Если ты тотчас же не поедешь к зданию музея, то ничего не услышишь, потому что Декларация у меня в руках». Но тут возникла новая трудность: у юноши не было водительских прав, а машину остановил полицейский за превышение скорости. Полицейскому, впрочем, быстро объяснили , что ввиду прекращения британского мандата у него больше нет полномочий, а если он задержит автомашину, то не появится еврейское государство.

Когда запыхавшийся Шареф вбежал в здание музея и вручил документ Бен-Гуриону, было без одной минуты четыре. Зал был переполнен. Филармонический оркестр, который должен был исполнить государственный гимн «Атиква», пришлось отправить на второй этаж. Одному мальчику велено было звонком подать оркестру сигнал, но звонок вовремя не раздался (злые языки утверждают, будто мальчик застрял в уборной), и аккомпанемент исполнявшему гимн хору чуточку запоздал. Главной радиостанции Хаганы «Кол Исраэль» отвели уголок зала, откуда подиум не всегда был виден из-за толпы, и ей пришлось вести свой первый репортаж уже как государственной радиостанции по пересказам тех, кому повезло видеть все.

Ровно в 16.00 Бен-Гурион встал, ударил председательским молотком по столу и нарочито монотонно зачитал Декларацию независимости, после чего, чуть повысив голос, произнес: «Настоящим мы провозглашаем создание в Палестине еврейского государства под названием Государство Израиль». Собравшиеся встали и бурно зааплодировали.

Затем раввин Фишман прерывающимся от волнения голосом произнес традиционное благословение: «Благословен Ты, Г-сподь Б-г наш, Царь Вселенной, кто хранил нас и поддерживал нас и сподобил нас дожить до времени сего». Зал дружно откликнулся восторженным «Амен!»

Для подписания Декларации Независимости Зеэв Шареф приглашал каждого члена Национального совета поименно. Первым скрепил ее своей подписью Бен-Гурион, за ним остальные в алфавитном порядке. В последующие недели члены Национального совета, находившиеся в тот день в Иерусалиме или за границей, добирались до Тель-Авива, чтобы поставить и свою подпись на свитке, который каждый раз приходилось доставать из сейфа в Англо-Палестинском банке (ныне Банк Леуми).

Бен-Гурион просил всех подписываться своими ивритскими фамилиями. Некоторые этой просьбе не вняли, в том числе Голда Меир и Моше Шарет. Мордехай Бен-Тов из скромности подписался крошечными буквами. Раввин Фишман выразил свой протест против того, что в Декларации не упомянуто имя Б-га, приписав рядом со своей подписью: «С Б-жьей помощью». Говорят, что было оставлено место для подписи Хаима Вейцмана. Хотя он и не входил в состав Национального совета, невероятно, что под Декларацией нет подписи этого старейшего государственного деятеля, ставшего первым президентом Израиля. Сам он счел это личным оскорблением.

Последним подписался Моше Шарет. Собравшиеся снова встали, аплодируя, а оркестр исполнил «Хатикву». Когда музыка стихла, Бен-Гурион стукнул молотком по столу и объявил: «Государство Израиль создано. Заседание закрыто». Так за 32 минуты была восстановлена независимость народа, не имевшего своего государства два тысячелетия.

На улице у музея многие плясали, некоторые плакали. Расхватывали экземпляры «Йом хамедина» («День Государства») — спецвыпуска, подготовленного совместно всеми крупнейшими газетами, которые на этот день отложили в сторону свои идеологические разногласия. Повсюду были расклеены объявления о том, что запись в армию будет продолжаться и в субботу. Хагана в своих объявлениях призывала граждан строить бомбоубежища и не собираться большими группами. А рано утром 15 мая над Тель-Авивом появились египетские самолеты и начали бомбить город…
«Ариэль»