Леонид Конторович — «неизвестный» нобелевский лауреат | Еврейский Обозреватель

Леонид Конторович — «неизвестный» нобелевский лауреат

Арон ЧЕРНЯК, профессор, обозреватель «Секрета». Специально для «Еврейского обозревателя» | Номер: Май 2012

Леонид Кантарович«В целом меня мало интересовали проблемы, поставленные другими, и знаменитыми проблемами я специально не занимался… для моей деятельности характерным является постоянное взаимопроникновение теории и практики, относительно же практики, она нередко выходит за пределы математики».

Л.В.Канторович, «Мой путь в науке»

Из нашего досье:
Леонид Витальевич Канторович — действительный член Академии наук СССР, академик Американской академии наук и искусств, Венгерской, Чехословацкой, Югославской, Мексиканской академий наук; доктор Московского, Ленинградского, Новосибирского университетов, а также древнейших университетов мира: Йельского (США), Кембриджского и Глазго (Великобритания), Мюнхенского (Германия), Парижского, Гренобльского и Ниццы (Франция), Хельсинского (Финляндия), Калькуттского (Индия), высшей школы планирования и статистики в Варшаве; ученый, признанный во многих странах планеты, лауреат Нобелевской премии 1975 года.

Кажется, вполне достаточно для мировой славы? Почему же он стал самым «неизвестным» Нобелевским лауреатом Советского Союза? Этому человеку и будет посвящен наш рассказ.

РЫЦАРЬ МАТЕМАТИКИ
Леонид родился в Петербурге 19 февраля 1912 года в семье врача Виталия Моисеевича Канторовича и его супруги Паулины Григорьевны Закс. В 14 лет мальчик оканчивает среднюю школу и поступает на математический факультет Ленинградского университета. В 18 лет он завершает его, зачисляется в аспирантуру и ведет преподавательскую деятельность в университете, одновременно занимаясь научной работой. То есть, перед нами типичная биография обыкновенного еврейского вундеркинда.

В 23 года Леониду Канторовичу присваивают ученую степень доктора наук, а через год он становится профессором. С самого начала научной деятельности складываются его основные воззрения на математическую науку, важнейшее из которых — стремление к широчайшим обобщениям, укрупнению проблем исследований. В этом он видел преимущество подлинного научного мышления перед анализом деталей. Л.Канторович был, в сущности, близок к тезису: наука достигает своего совершенствования, когда применяет количественные методы исследования.

Другими словами, Л.Канторович, являясь пропагандистом универсальности математического мышления, значительно обогатил этот принцип. В данном смысле он был подлинным рыцарем математической науки. Ряд его трудов и работ буквально изменили лицо вычислительной математики. А курс «Функциональный анализ» (совместно с Г.Акиловым) стал классическим учебным пособием.

Во время Великой Отечественной войны Л.Канторович был призван в ряды Советской армии, служил начальником кафедры математики Высшего военно-морского инженерного училища. Он готовил кадры для флота, продолжая вести научную работу. Только в 1948 году подполковник Л.Канторович демобилизовался из армии и вернулся в Ленинград. Он ведет работу в университете, в Институте математики, заведует созданным Вычислительным центром. В тот же период Канторович привлекается к решению задач в области атомного проекта.

Вручение Л.В.Канторовичу диплома и Нобелевской медали королем Швеции Карлом XVI Густавом. 10 декабря 1975 г.

В 1958 году Л.Канторович согласился работать в Сибирском отделении Академии наук СССР, где был избран членом-корреспондентом, а в 1964 году — действительным членом Академии наук. В Новосибирске он заведует кафедрой математики университета и является заместителем директора Института математики. В 1971 году переезжает в Москву, работает в системе Госплана и Госкомитета по науке и технике, руководит научными коллективами.

РОЗЫ И ТЕРНИИ ПЕРВОПРОХОДЦА
В начале 1939 года к Л.Канторовичу обратился знакомый по университету Л.Загаллер. Он представлял руководство фанерного треста, интересовавшегося: нельзя ли оптимизировать производство без дополнительных затрат?

Л.Канторович понял, что подобные задачи будут возникать каждый раз, когда возникнет необходимость наиболее экономно использовать ограниченные ресурсы. Стоит отметить, что с вопросами экономики Канторович столкнулся еще летом 1929 года в Ташкенте, в управлении Средазводхоза, где он в качестве младшего экономиста работал под руководством знаменитой женщины, бывшего лидера эсеров Марии Спиридоновой, находившейся тогда в ссылке.

В том же тридцать девятом Канторович издал брошюру «Математические методы организации и планирования производства», где рассматривались многие экономические вопросы, в которых мог применяться разработанный им метод. Так был создан раздел математики, получивший позднее название «линейное программирование». Крупный математик, профессор И.П.Натансон назвал брошюру гениальным трудом.

К сожалению, должного отклика открытие Канторовича в то время не нашло, несмотря на то, что автор всячески стремился довести его до более широкого круга заинтересованных лиц. Даже написанные им статьи пролежали в редакциях до 1949 года, когда Канторович стал лауреатом Сталинской премии. Беда в том, что математическая школа в экономике считалась тогда в СССР «антимарксистской школой», и использование математики в экономике рассматривалось как средство апологетики капитализма. Об этом писал сам Канторович, объясняя трудности внедрения своего метода в народное хозяйство.
Попытка продвинуть идею о целесообразном использовании ресурсов во время войны вызвала негативную реакцию в Госплане и была отвергнута председателем этого главка Н.Вознесенским. Во время заседания кое-кто из присутствующих даже предложил арестовать Канторовича. После этого некоторые экономисты начали благоразумно избегать встреч с ученым, опасаясь негативных последствий…

Л. Канторович

Казалось, после Сталинской премии (Канторович получил ее за работы по вычислительной математике) и особой правительственной премии за участие в атомном проекте, его позиции в научном мире укрепились, но на самом деле борьба с «ревнителями марксизма» продолжалась. В 1957 году Канторович пытается опубликовать большую рукопись, написанную еще в сорок втором, но проректор Ленинградского университета отказывает в публикации, опасаясь лишиться из-за нее членства в партии. Это еще раз показывает обстановку в научной среде, мало изменившуюся даже в период так называемой «оттепели».

27 марта 1959 года Л.Канторович выступает на общем собрании Академии наук СССР с блестящим и смелым докладом об отставании экономической науки в стране, его причинах и путях их устранения. Увы, для многих экономистов термин «эконометрика» продолжает оставаться таким же опасным, каким был несколько лет назад термин «кибернетика». Канторович заметил, что в результате явного или глухого сопротивления применению математических методов экономика СССР теперь значительно отстает в этой области от зарубежных стран.

Конечно, это выступление Канторовича, показавшего потенциал неформального, подлинного интеллектуального лидера экономики Советского Союза, могло иметь историческое значение, но не стало таковым. Консерваторы перешли в новое наступление, раскритиковав книгу Канторовича «с точки зрения политэкономии социализма». Фактически научная деятельность Л.Канторовича по внедрению математических методов в экономику приобрела политический характер, а нападки на него предстали системой организованной травли старого против нового, одряхлевшего против молодого, консервативного против передового. Именно поэтому борьбу Леонида Канторовича за отстаивание своих научных убеждений можно назвать настоящим гражданским подвигом. С этим, так или иначе, связано и отношение к награждению его Нобелевской премией.
ТРИУМФ В МИРЕ,
ТИШИНА В ОТЕЧЕСТВЕ
В связи с трехсотлетием Шведского государственного банка в 1968 году была учреждена премия имени Нобеля по экономическим наукам (раньше подобная не вручалась).

Леонид Канторович получил ее в 1975 году за внедрение математических методов в исследования по экономическим наукам. Многие его работы были переведены на английский язык и стали достоянием мировой науки.
Примерно спустя десять лет после того, как Л.Канторович сформулировал свои концепции математической оптимизации производственных процессов, подобные работы стали проводиться и в США. Наиболее активным в этой области оказался Тьюринг Купманс. Он ознакомился с работами Л.Канторовича, ссылался на них и цитировал, признавая заслуги советского ученого.

Купманс вводит в оборот термин «линейное программирование», быстро получивший признание среди исследователей. В конце 1956 года начинается деловая переписка Л.Канторовича с Т.Купмансом. Оба достигли сходных результатов практически независимо друг от друга. В результате им была присуждена совместная Нобелевская премия по экономике «за вклад в теорию оптимального распределения ресурсов». Представитель Нобелевского комитета, профессор Шведской Королевской Академии наук Рагнар Бентзель в своей речи подчеркнул, что Л.Канторович создал новый тип анализа — линейное программирование, своими исследованиями сильно повлиял на экономические дискуссии в СССР, стал лидером математической школы советских экономистов…
В Советском Союзе, напротив, факт присуждения Канторовичу Нобелевской премии фактически замалчивался, несмотря на то, что Л.Канторович (вместе с В.Немчиновым) получил Ленинскую премию за решение проблем наилучшего использования резервов. Сообщение о новом советском нобелевском лауреате напечатали мелким шрифтом, и оно потонуло в массе текущих материалов. Сама церемония вручения фактически не комментировалась. Консерваторы не отказались от своей борьбы как против идей Л.Канторовича, так и против их создателя. Наглядным примером этому является то, что даже в 1982 году, в юбилейной статье о Канторовиче, Нобелевская премия и вовсе не упоминалась, хотя старательно перечислялись все его семь орденов, врученных в Советском Союзе.

7 апреля 1986 года Леонид Витальевич Канторович скончался и был похоронен на Новодевичьем кладбище.
Через пять лет распался Советский Союз, вместе с ним рухнула, ушла в небытие «социалистическая система экономики». Что произошло, если бы, скажем, с шестидесятых годов были приняты на вооружение все предложения Л.Канторовича? Но они не могли быть приняты, ибо, по сути, содержали «отравленные стрелы», способные разрушить основы существовавшего закостенелого экономического режима. Та же судьба постигла и концепцию управления промышленностью, разработанную профессором Евсеем Либерманом, которая легла в основу несостоявшейся «косыгинской реформы» 1965 года.

Советские партократы тщательно оберегали неэффективную социалистическую экономику от «посягательств» прогрессивных экономистов. Характерно, что за сорок лет существования Нобелевских премий по экономике ни один советский экономист, за исключением Л.Канторовича, не был удостоен Нобелевской премии по экономике. И данный факт, разумеется, говорит о многом.

В 2002 году, к девяностолетию Л.Канторовича, в Новосибирске вышла в свет книга «Леонид Витальевич Канторович: человек и ученый». В ней — документы, воспоминания самого ученого, его друзей и сотрудников, и прочие материалы. Хоть и скромный, но все же памятник выдающемуся ученому…