ИСПОЛНИЛОСЬ 80 ЛЕТ ИЗВЕСТНОМУ ПИСАТЕЛЮ-САТИРИКУ АРКАДИЮ АРКАНОВУ (он же Штейнбок) | Еврейский Обозреватель

ИСПОЛНИЛОСЬ 80 ЛЕТ ИЗВЕСТНОМУ ПИСАТЕЛЮ-САТИРИКУ
АРКАДИЮ АРКАНОВУ (он же Штейнбок)

| Номер: Июнь 2013

Arkady_ArkanovОн родился в Киеве, но считает себя москвичом. Никогда не записывает номера телефонов – помнит наизусть. Так же и с мыслями о своих новых произведениях – никаких набросков на бумаге. Аркадий Арканов говорит: «Если идея долго сидит в голове, то рано или поздно ее можно реализовать. Как правило, она получается живая». Количество реализованных им идей сложно даже перечислить. В этмо месяце писателю и драматургу исполняется 80 лет.
Слова «Оранжевой песни» Аркадий Арканов написал вместе со своим другом Григорием Гориным. Они же были авторами пьесы «Маленькие комедии большого дома», поставленной Валентином Плучеком в Театре сатиры.
«Он здесь существует как автор, как друг, – говорит народный артист РСФСР, художественный руководитель Московского академического театра Сатиры Александр Ширвиндт. – Главное, что есть потенциальная надежда на какую-то комедию, он нам обещает давно, честно, и вот я думаю, что лет через 30, как раз к его 110-летию, наконец, мы получим эту комедию. Арканов, мы ждем!»
Ждать от него можно чего угодно. «Арканов такой, Арканов сякой» – это название книги. Врач, спортсмен, игрок, музыкант, актер, и, конечно, писатель. Причем без приставки «сатирик». Ее не любит категорически.
«Сатириков много, остроумцев много, а писателей не так много, – говорит Аркадий Арканов. – Поэтому человек, называющий себя писателем-сатириком должен, прежде всего, понимать, что он писатель. А сатирик – это второе».
Он заведовал отделом журнала «Юность», был одним из создателей «Клуба 12 стульев» и участвовал в самиздатовском альманахе «Метрополь». Именно после выхода скандального сборника Арканова надолго перестали печатать. Тогда и начался его бурный роман с эстрадой.
«Говорят, посмотришь на лицо Арканова, и жить хочется, такое жизнерадостное лицо! – рассказывает сценарист Аркадий Инин. – Но за этой маской, даже не маской – это его естественное состояние, скрывается такой вулканический темперамент, что диву даешься».
Десятки книг и песен, сотни фельетонов и рассказов просто не могли появиться без фирменного аркановского азарта, витамина жизни по его определению.
Тот же азарт заставляет его искать новые жанры. Ему мало писать песни, он их исполняет, мало собирать джазовую коллекцию, ему нужно играть.
Человек энциклопедических знаний, он не выносит пошлости и безграмотности. От этой антипатии родился литературный проект «Ликбез для попсы». Слова Арканова, музыка Оганезова.
«И первая у нас была песня “Идиот”, – рассказывает народный артист России Левон Оганезов. – А там припев “Настасья Филипповна, а что же ты наделала” или “Помню я, как ты в натуре бабки кинула в камин”. Один человек встал и говорит, вы издеваетесь над русской поэзией, над русской литературой. Аркаша говорит, я не издеваюсь, я пародирую тех, кто не знает».
Свой 80-й день рождения Арканов не отмечал. Сказал, что не видит собственных заслуг в том, что 80 раз вместе с Землей прокрутился вокруг солнца.

Кросс
— Завтра пойдете на десять километров! — сказал мне начальник отдела.
— Куда? — поинтересовался я.
— Не «куда», а «как», — сказал начальник отдела. — Десять километров на лыжах. Кросс.
— Да… Но мне пятьдесят три года.
— А это не имеет значения. Мы должны обеспечить массовость. Приказ есть приказ.
— А когда я получу суточные? — спросил я.
Начальник отдела покрутил около виска пальцем:
— Вы что, серьезно?
— Разумеется. Все-таки десять километров…
— Пойдете за свой счет, — сказал начальник отдела. — Потом оплатим.
И он указал мне на дверь.
Всю ночь мы с моей старухой не сомкнули глаз, готовя меня в дорогу, и к утру наконец чемодан был уложен.
— Не занашивай рубашки, — говорила мне моя старуха. — Меняй их чаще.
В хозяйственную сумку она уложила еду.
— Здесь курица, — сказала она, — десяток яиц, котлеты, как ты любишь, термос с бульоном, пирог с яблоками… Остальное будешь прикупать в дороге…
И старуха моя разрыдалась окончательно.
— Прости, если что не так было, — сказал я дрогнувшим голосом. — Все-таки прожили мы с тобой хорошо.
— Береги себя, — сказала она, — обо мне не беспокойся и, главное, возвращайся с победой.
В десять часов утра на станции Реутово мне нацепили на грудь номер 184, и я стартовал…
Придя в себя после первого потрясения, я увидел, что справа от меня, слева, спереди и сзади шли еще мои сослуживцы и много других сотрудников, с которыми я раньше не был знаком. Каждый из них имел свой номер на груди.
— Вы не устали? — спросил я у номера 12, когда мы прошли восемь метров.
— Пока держусь.
— А я буквально валюсь с ног…
— А вы крепитесь, старина, — подбодрил меня номер 12. — Говорят, что скоро наступит второе дыхание…
— Да, — ответил я. — И, кажется, последнее…
Около трех часов дня, когда мы вошли в лес, упал на снег номер 200. Упал как подкошенный и умолял нас бросить его, а самим продолжать движение…
— Жене моей скажите прощальное слово, — хрипел он, — и передайте кольцо…
Мы подняли его, сделали ему искусственное дыхание, привязали к номеру 95 и тронулись дальше…
Однажды на рассвете неожиданный рывок совершил номер 70.
— Куда вы? Куда вы? — закричали мы.
— Мне необходимо быть дома в пятницу! — бросил он. — У жены день рождения!
Бедняга, видимо, потерял счет времени, потому что уже было воскресенье. Недели три еще его сутулая спина с номером 70 маячила перед нами, служа своеобразным ориентиром, но потом и она скрылась за деревьями. Мы продолжали идти вперед, невзирая ни на какие трудности…
— Когда вы получили последнее письмо из дома? — спросил меня номер 50, ожесточенно работая палками.
— Очень давно, — ответил я грустно, отталкиваясь что было силы. — Жена пишет, что дома все хорошо. Она уже на пенсии. Внук пошел в школу. В городе провели метро…
— Да-а! — мечтательно произнес номер 121. — А у нас уже, наверное, лето… Жара небось стоит… Птички поют… — И он смахнул слезу.
Номер 92 до кросса был профессором математики и убежденным холостяком, но, впрочем, большим любителем женского пола.
— Здесь, кажется, неподалеку проходит женский кросс, — шепнул он. — Может, порезвимся, если ветра не будет… Потом нагоним, а?
— Это не спортивно по отношению к другим, — сказал я.
— Ну, как знаете, — буркнул он и начал бриться…
Больше я его не видел. Правда, номер 13 уверяет, что слышал ночью чьи-то крики о помощи. Все может быть. Не исключено, что профессора задрали волки…
Пронеслись годы. Когда я после кросса вернулся домой, старуху свою я не застал, а на столе меня ждала ее записка: «Милый! Меня забрали на соревнование по бобслею. Никто не знает, что такое бобслей, но подозреваю, что это что-то женское. Прощай навсегда!»

Как организовать бизнес в России
Первый закон
Для того, чтобы хоть что-нибудь организовать, нужны хоть какие-нибудь деньги. Для чего нужны эти хоть какие-нибудь деньги? Для того, чтобы хоть ЧТО-НИБУДЬ купить. Для чего нужно хоть ЧТО-НИБУДЬ купить? Для того, чтобы ЭТО ХОТЬ ЧТО-НИБУДЬ продать. Для чего нужно ЭТО ХОТЬ ЧТО-НИБУДЬ продать? Для того, чтобы иметь хоть какие-нибудь деньги.
ПРИМЕР. У вас есть рубль. На этот рубль вы можете купить кукиш с маслом. Теперь вы должны этот кукиш с маслом продать. Но сегодня кукиш с маслом больше, чем за рубль, у вас никто не купит. Вам остается только слизнуть масло, а кукиш спрятать в карман, где у вас до сих пор лежит ваучер. Таким образом, бизнес у вас не получился, хотя вы и были в процессе. Вспоминается известный экономический анекдот с участием двух евреев. Так вот, идут два еврея и видят на дороге кучу дерьма. И один другому говорит: «Послушайте, Рабинович, вы можете съесть эту кучу, если я вам дам миллион?» — «Конечно!» — отвечает Рабинович, съедает кучу и получает миллион. Идут они дальше и видят на дороге новую кучу. Тут уже Рабинович говорит: «Послушайте, Бенюмович, а вы можете съесть эту кучу, если я вам дам миллион?» — «Конечно! — отвечает Бенюмович. — Что я, глупее вас?»
Съедает кучу и получает от Рабиновича миллион. Идут дальше. И тут один другому говорит: «Послушайте, а вам не кажется, что мы с вами наелись дерьма и ничего не заработали?»
Отсюда
Второй закон
В бизнесе надо зарабатывать! Для чего? Для накопления первоначального капитала. Каким образом? Можно, скажем, выращивать яблоки и продавать их. Но за годы советской власти наш народ так обленился, что, вместо того чтобы выращивать яблоки, он предпочитает околачивать груши. А как же тогда накопить первоначальный капитал?
Можно, конечно, воровать, грабить или, как говорили большевики, экспроприировать. Но за это можно угодить в тюрьму. Поэтому проще всего занять у разных друзей побольше денег, поехать в Турцию, накупить там товаров широкого потребления и продать их втридорога на рынке в Конькове. Затем снова поехать в Турцию, и еще раз в Турцию, и еще раз в Турцию… До тех пор, пока Жириновский не уничтожит Турцию. Но к тому времени у вас будет столько денег, что хрен с ней, с Турцией. Вы сможете поехать в Америку да там и остаться. И хрен с ней, с Россией… Тем более что друзья, у которых вы в свое время занимали деньги, просят их вернуть. А кому это охота возвращать с таким трудом заработанные деньги? Не лучше ли пустить их в оборот? И вы покупаете в Америке большую партию американских кукишей с маслом и наводняете ими российский рынок, рекламируя их как экологически чистые кукиши с маслом, совершенно не содержащие холестерина, снижающие кровяное давление, вызывающие у женщин абсолютно безболезненные выкидыши и одновременно обучающие английскому языку по методу Илоны Денисдавыдовой с параллельным послабляющим эффектом и постоянной эрекцией у пенсионеров.
За это большинство из нас, ничего не смыслящих в бизнесе, отдаст все: и нефть, и золото, и алмазы, и Курилы… И вам кажется, что вы нас выгодно надули? Жестоко ошибаетесь, господа хорошие! Ведь наш-то родной кукиш при этом остается в нашем собственном кармане, а с ним всегда можно выйти на любую демонстрацию против любого правительства!