Песни еврейской души | Еврейский Обозреватель

Песни еврейской души

Эстер ГИНЗБУРГ | Номер: Июль 2018

Имена Мерны и Клэр Бэрри, бесспорно, хорошо знакомы многим. Среди евреев, пожалуй, не найти тех, кто никогда бы не слышал волнующих душу песен на идиш, исполняемых этим замечательным дуэтом.
Сестры Клара (Клэр, 1920-2014) и Минни (Мерна, 1923-1976) Бейгельман появились на свет в Нью-Йорке. Родителями их были еврейские иммигранты. Дедушка по отцовской линии жил в Киеве на Подоле и был потомственным булочником – выпекал хлеб и бублики-бейгелэх. Отсюда, скорее всего, произошла и семейная фамилия – Бейгельман.
«Папу звали Хаим. Он родился в Киеве, – рассказывала Клэр о своей семье. – Мама Эстер приехала из Австрии. Она знала несколько языков и, конечно, они с папой, как и мы все, говорили на идише. Поселились родители в Бронксе. Там родились мы с Мерной и две другие наши младшие сестры Сейл и Джули. Семья наша была очень дружной. Мы всегда и везде были вместе».
В семье очень любили петь, и девочки, имевшие абсолютный слух, постоянно напевали, подхватывая на лету любую мелодию. Телевидения в то время еще не было. В семье Бейгельман, как и в тысячах других семей иммигрантов, была очень популярна еженедельная еврейская газета «Форвертс».

О том, как сестры стали заниматься пением всерьез, Клэр вспоминала так: «Для нас с Мерной окном в мир было еврейское радио «Форвертса». По воскресеньям с одиннадцати до трех мы буквально замирали у радиоприемника, впервые услышав знаменитые «Папиросы» и «Бублички». На радио была и музыкальная программа, в которой дети пели и играли на инструментах. Увидев, с каким восторгом мы слушаем еврейские песни, мама решила – почему другие дети могут выступать, а мои девочки, которые поют не хуже, нет? И повела меня на радио на прослушивание. После этого Николай Заславский, руководитель музыкальной редакции на радио, который отбирал детей, сказал мне: «Приходи в воскресенье». Это означало – на выступление. Радости моей не было предела. Я, конечно, очень волновалась, но папа, который повел меня туда, волновался не меньше. «Сейчас Клара Бейгельман споет нам песню «Папиросы», – объявил Заславский. Это было мое первое выступление». Так она начала выступать на радио, исполняя еврейские песни.
Когда Клэр было одиннадцать лет, а Мерне – восемь, они впервые начали выступать вдвоем, что положило начало блестящей музыкальной карьере их дуэта. Помог случай. Однажды Николай Заславский объявил, что хочет отобрать для новой детской программы трех девочек, которых собирается обучить музыкальной грамоте, а за выступление каждая из них будет получать гонорар по пять долларов. Семья Бейгельман не относилась к состоятельным. «Для меня это было настоящим богатством», – рассказывала Клэр. К ее радости, она тогда оказалась в числе отобранных, и хочешь не хочешь, ей пришлось осваивать нудную музыкальную грамоту. «Я бы давно бросила это занятие, – уверяла Клэр, – если бы не обещанный гонорар».
С 1932 года обе сестры стали участницами детской радиопередачи «Дядя Норман» на радиостанции WLTH, где их дуэт был известен под названием «Сестры Бейгельман». В 1940-1960-е годы они были постоянными участниками нью-йоркского радиошоу «Идишские мелодии в стиле свинга», которое вел известный американский композитор Сэм Медофф. «Нам показалось гармоничным исполнение еврейской мелодии в стиле свинга», – рассказывала Клэр. Девочкам предстояло всерьез заниматься вокалом. Певец Мойше Ойшер, звезда идишской музыки, взял сестер под свое крыло, научив их петь на идише в стиле свинга.
После того, как известный шоумен Эд Салливан, заметивший талантливых сестер, пригласил их в свое телешоу, семейный дуэт превратился в профессиональный. Не имея практически никакого специального образования, обладая лишь природной постановкой голоса и дыхания, сестры тем не менее быстро завоевали сердца людей во всей Америке.
Бесспорно, их восхождение на музыкальный олимп не было бы таким стремительным, если бы на их пути не встретился Абрахам Элльстайн – талантливый композитор и музыкант, который долгие годы был импресарио дуэта и аранжировщиком их песен. В его аранжировке известные «Бублички», «А идише мамэ» или «Тум-балалайка» сразу же зазвучали по-новому, свежо и интересно. Он дал сестрам ценнейший совет: «Пусть Клэр поет мелодию, у нее голос повыше, а Мерна – гармонию». Так и зародилось их двухголосие, их неподражаемая чистейшая терция, «терция сестер».
Эту гармонию отражал и внешний облик певиц. Красивые, стильные, прекрасно сложенные, сестры Бэрри идеально смотрелись рядом. А как артистично они держались на сцене, заряжая восхищенных зрителей своей позитивной энергией!
В их репертуаре доминировали джазовые аранжировки еврейских песен. Основу его составляли шлягеры еврейского фольклора и народные песни, исполняемые на английском, арамейском, испанском, идише, иврите и русском. Главным хитом своего репертуара сестры Бэрри по праву считали песню «Бай мир бис ду шейн». Клэр рассказывала, что знаменитый Шолом Секунда, автор этой песни, хотел отдать ее для премьерного исполнения им с Мерной, но затем решил продать авторские права на свое сочинение, получив за них всего 30 долларов. Песню стали исполнять сестры Эндрюс, продюсер которых заключил с Секундой такую выгодную сделку.
Дуэт «Сестры Бейгельман» имел огромный успех, но в середине 1940-х годов девушкам стало понятно, что фамилия Бейгельман звучит не совсем по-американски. Их дуэт стал называться «Сестры Бэрри» (The Barry Sisters). При этом Клара сменила имя на Клэр, а Минни – на Мерна. Под этими именами они и вошли в историю. Звонкая и коротко звучащая фамилия Бэрри была выбрана Мерной из телефонной книги.
В 1954 году вышла в свет их первая долгоиграющая пластинка. Гастролировали сестры по всему миру. С 1940-х и до начала 1970-х годов успех их был поистине международным. В переполненных залах они давали концерты не только в Европе, но и в Израиле, Южной Африке и Австралии, где они в последний раз выступали вместе.
Что говорить, мелодии местечкового еврейства в песнях сестер Бэрри воскрешали ностальгию по еврейской традиции, по языку бабушек и дедушек. Те русскоговорящие евреи Советского Союза, которым выпало счастье единственный раз в истории их страны услышать и увидеть еврейских певиц из Америки, к тому же поющих на идиш, на долгие годы сохранили воспоминания о них.
С наступлением хрущевской оттепели страха у людей в СССР вроде бы поубавилось. Но все еврейское – школы, книги, театр, музыка – было потеряно, казалось, безвозвратно. Да и не только в нашем бывшем отечестве – по всей Европе после Холокоста еврейский мир был практически стерт с лица земли.
Даже в Израиле язык идиш был фактически запрещен, а государственным языком стал иврит. Казалось, с исчезновением довоенного поколения евреев умрет и сама память о языке наших предков. Именно в это время сестры Бэрри приехали в Москву.
Их выступление состоялось в 1959 году в Зеленом театре Центрального парка культуры и отдыха им.Горького по случаю открытия американской выставки. Это было настоящей сенсацией. Таких невероятных событий в жизни тогдашнего советского еврейства было только два – приезд в Москву Голды Меир и концерт сестер Бэрри.
Билеты достать было невозможно: молва о сестрах-красавицах, прилетевших из-за океана, исполняющих удивительно прекрасные еврейские песни на великолепном мамэ-лошн, разнеслась по всей стране.
Откровенно говоря, устроители концертов сестер Бэрри в Москве были категорически против исполнения ими еврейских песен, но Эду Салливану, организатору их выступлений, никто не смог сказать «нет».
Клэр и Мерна на протяжении всей жизни вспоминали о своем пребывании в Москве. Позже Клэр рассказывала: «Мне позвонил Эд Салливан и спросил: «Как бы вы с Мерной отнеслись к гастрольной поездке в Россию?». Что мы могли ответить, когда наш папа был сам родом из Киева?!»
Сестры Бэрри тогда просто завоевали СССР. «Мы с Мерной были потрясены, – продолжает рассказ Клэр, – когда, выйдя на сцену, увидели перед собой 20 тысяч зрителей». Их выступления проходили под шквал аплодисментов тех, кто после войны не имел возможности услышать идиш среди других языков «братских» народов советской державы.
«Помню, в Москве после концерта ко мне в гримерку пришла женщина. Не знаю, как она туда проникла. Она стала меня обнимать и плакать. Я дала ей нашу небольшую пластинку, которую она засунула под нижнее белье, чтобы никто из КГБ не увидел», – вспоминала Клэр.
Люди готовы были за любые деньги приобрести кассеты с песнями сестер. С тех самых пор и до сегодняшних дней в еврейских домах звучат записи легендарного дуэта. Можно с уверенностью сказать, что их незабываемые хиты «Хава нагила», «Май штетэлэ Белц», «Папиросы» и многие другие стали еврейским самиздатом, подтолкнувшим наших соотечественников к первым попыткам осознания своей национальной принадлежности.
Неоднократно и с большим успехом выступления сестер Бэрри проходили на исторической родине, в Израиле. Во время Войны Судного дня в 1973 году они выступали с концертами для израильских солдат.
«Однажды нас пригласило на гастроли правительство Израиля, – рассказывала Клэр, – видимо, решив, что во время войны мы сможем морально поддержать солдат. Мерна и я много выступали перед ранеными. Помню, в одном из госпиталей, войдя в палату, мы увидели молодого парня – нога в гипсе поднята на растяжке, руки и лицо забинтованы, из-под повязок видны только глаза. Рядом сидела его мать. Мы заговорили с ней на идиш. «Он здесь уже три недели, – сказала она со слезами на глазах, – но еще ни разу не сказал мне ни слова». Что нам с Мерной оставалось делать? Переглянувшись, мы тихо запели: «Хава нагила… хава нагила…». И вдруг парень шевельнул изувеченной ногой в такт мелодии… Это было поразительно! Его мама не могла поверить своим глазам и, плача, обнимала нас…»
В конце 1976 года дуэт «Сестры Бэрри» прекратил свое существование. Младшая сестра Мерна (в замужестве Пайн) безвременно ушла из жизни после тяжелой болезни – опухоли мозга. Ходившие в бывшем СССР слухи о ее гибели в автокатастрофе оказались несостоятельными. Ей было всего 53 года…
Как и многие знаменитые женщины, обе сестры были «без возраста». Мерна, хотя и выглядела всегда намного моложе своих лет, «омолодила» себя на два года, поэтому на ее памятнике год рождения – 1925-й – был указан ошибочно. Это подтверждают результаты переписей населения, проведенных в Америке в 1930-м и 1940 году – Мерне было тогда соответственно 7 и 17 лет. «Возраст – это всего лишь номер, а мой не внесен в список», – любила говорить ее старшая сестра Клэр, которая «не внесла в список» себе три года. Секрет раскрыла ее дочь – мама появилась на свет в 1920 году.
«Много лет после смерти Мерны я не пела, – рассказывала Клэр. – Не могла. И только лет 15-20 спустя снова запела, но уже с мужчинами – с великолепным, мудрым и обаятельным Эмилем Горовцем и с талантливым певцом Яковом Явно». Клэр появлялась на различных теле- и радиошоу, но уже не вела прежней активной сценической деятельности.
Последним совместным альбомом сестер Бэрри был 11-й альбом «Наш путь» («Our Way»), появившийся в 1973 году. Почитатели их таланта считают его большим раритетом. К общему сожалению, до сих пор так и не вышла книга воспоминаний об этом звездном дуэте и не был снят документальный фильм о их жизни и творческой судьбе.
«Я так благодарю Бога за все, что он дал мне в жизни, – сказала Клэр в одном из своих последних интервью. – Он давал мне всегда так много. Я должна жить, пока живу, верно?». Клэр пережила свою младшую сестру Мерну на 38 лет и ушла из жизни в ноябре 2014 года, оставив дочь, двоих внуков и троих правнучек.
Сестры Бэрри были из тех, кто всегда дарил людям радость, восторг и улыбку, даже если она была грустной. Спасибо вам, дорогие Мерна и Клэр, за ваши незабываемые песни. Они и по сей день уносят нас в неповторимый мир еврейской души.