«Летучие мыши» над Димоной | Еврейский Обозреватель

«Летучие мыши» над Димоной

| Номер: Июль 2014

Let_1Коротко об авторах. Гидеон Ремез – израильтянин-сабра, историк по образованию, известный журналист. На протяжении многих лет вел ежедневную программу “Международный час” на государственной радиостанции “Кол Исроэл” («Голос Израиля»). Воевал в Шестидневной войне в десантных войсках. Его жена Изабелла Гинор родилась и выросла в Украине. Затем эмигрировала в Израиль. Работала советологом в ведущей израильской газете “Гаарец”, в настоящее время является научным сотрудником Труменовского института при Еврейском университете в Иерусалиме.
В интервью с веб-сайтом frontpagemagazine.com Изабелла Гинор рассказала, что натолкнуло ее и мужа на идею исследования, принесшего столь сенсационные результаты. Полтора десятка лет назад, просматривая в обычном порядке прессу стран СНГ, она наткнулась в одной из украинских газет на поразительный материал: бывший офицер советской морской пехоты писал, что в первый день Шестидневной войны, находясь на борту фрегата в восточной части Средиземного моря, он получил приказ сформировать группу “добровольцев” в составе 30 человек и подготовиться к десантированию на побережье Израиля. Операция несколько раз откладывалась, наконец был получен долгожданный приказ, но тут боевые действия прекратились, и Москва забила отбой. В этот момент десантники находились всего в 20 милях от Хайфы — запланированного места высадки.

Гинор и Ремез не поверили своим глазам. Ведь ни в одном официальном источнике не было и намека на прямое советское военное вмешательство в ближневосточный конфликт. Более того, все специалисты в один голос утверждали, что такое вмешательство было немыслимо и шло вразрез с принципами советской внешней политики. Однако журналистское чутье подсказывало израильским исследователям, что дело тут нечисто. Они решили довериться своим инстинктам.
Очень быстро выяснилось, что сенсационное откровение капитана Юрия Хрипункова — лишь верхушка айсберга. Исследователи нашли в самых разных источниках, независимых друг от друга, подтверждения его рассказа, включая сходные сообщения моряков с других кораблей мощной советской Средиземноморской эскадры. В их числе было и опубликованное в печати свидетельство другого офицера морской пехоты, который высадился со своим десантом на израильском побережье. Его отряд был атакован израильской авиацией и, понеся тяжелые потери, вынужден был вернуться на свой корабль, а сам автор статьи был ранен.
В операции были также задействованы атомные подлодки, стратегические бомбардировщики, пилотам которых выдали карты целей на территории Израиля, истребительные соединения, получившие приказ прикрывать бомбардировщики и поддерживать арабские ВВС и т. д. В частности, авторы книги приводят показания летчика Юрия Настенко о том, что вечером 5 июня 1967 года его часть, дислоцированная на Украине, была приведена в состояние полной боевой готовности, и у него не было сомнений, что ему предстоит участвовать в боевых действиях.
Изабелла Гинор и Гидеон Ремез подчеркивают, что, вопреки распространенному мнению, даже при Ельцине, не говоря уже о нынешних глухих временах, основные официальные советские источники информации – архивы Политбюро, Генштаба и КГБ – были закрыты для историков. Тем не менее израильским исследователям удалось поскрести по сусекам и найти немало доказательств своей теории — кое-что в советских архивах, кое-что в архивах стран Варшавского пакта, кое-что в открытых источниках. Они сопоставили собранные ими данные с материалами из архивов Израиля, США и ряда других стран и не нашли ничего, что противоречило бы постепенно складывавшейся картине. Более того, их версия позволяла объяснить ряд загадочных, дотоле непонятных намеков в известных источниках.
Но зачем Москве понадобилось пускаться на авантюру, чреватую прямым военным столкновением с Соединенными Штатами? Авторы книги нашли ответ на этот вопрос в интригующем меморандуме, который был включен (авторы книги уверены — по счастливой случайности) в опубликованный в 2003 году сборник документов МИД СССР (под редакцией Виталия Наумкина).
В меморандуме, датированном 23 февраля 1966 года, сообщается, что 13 декабря 1965 года “один из лидеров израильской компартии товарищ [Моше] Снэ поставил советского посла в Тель-Авиве в известность о своем разговоре с советником премьер-министра Израиля, Гариэлем [В.В. – бывший глава легендарной израильской разведслужбы “Моссад” Иссер Гарель], в которой последний объявил о намерении Израиля создать свою собственную атомную бомбу”.
К этому времени существование в Израиле ядерной программы не было тайной для советской разведки. А вот чего в Москве не знали, так это — на какой стадии находились работы, которые велись в израильском ядерном центре в Димоне. Сообщение Гареля было истолковано советским руководством в том смысле, что ядерного оружия у Израиля пока еще нет, и поэтому пока еще есть возможность не допустить его появления у еврейского государства, но действовать надо без промедления.
Последовала бурная вспышка советской дипломатической активности с целью запугать Израиль и заставить его заморозить свою ядерную программу. Ничего не добившись, Москва переключилась на подготовку силового решения проблемы. Судя по всему, среди советского руководства не было полного единодушия в отношении того, что следует предпринять. Но известно, что особенно жесткую позицию заняли председатель КГБ Юрий Андропов и замминистра обороны Андрей Гречко.
Был разработан хитроумный план с целью спровоцировать Израиль на упреждающий удар. “Советское руководство, — пишут авторы книги, — стремилось в максимальной степени снизить вероятность ответных действий со стороны Соединенных Штатов. Для этого необходимо было, в частности, заставить Израиль первым нанести удар, что навлекло бы на него международное осуждение и вызвало бы недовольство США. Наконец, предлогом к войне должна была послужить израильская ядерная программа, из-за которой у Тель-Авива были серьезные разногласия с Вашингтоном, причем как раз в тот момент, когда перспектива появления у Израиля ядерного оружия тревожила Вашингтон почти в такой же степени, как и Москву”.
Let_2Изабелла Гинор и Гидеон Ремез также откопали так называемый “финский документ”, из которого явствовало, что еще до начала Шестидневной войны Советский Союз заготовил ноту с поручением Финляндии представлять свои интересы в Израиле. Из этого неопровержимо следует, что советский план предусматривал разрыв дипломатических отношений с Израилем после того, как он будет спровоцирован на упреждающий удар по Египту.
Историк Майкл Орен пишет, что решающим фактором, вызвавшим войну, был “страх Израиля за свой реактор, а не страх Египта перед ним.” Широко известно, что 17 и 26 мая 1967 года два самолета совершили пролеты над ядерным комплексом в Димоне. Предполагалось, что то были египетские МИГ-21.
Но Изабелла Гинор и Гидеон Ремез доказывают, что разведывательные полеты над израильским ядерным центром оба раза совершил в то время еще экспериментальный и сверхсекретный МИГ-25, который официально пошел в серийное производство лишь в 1972 году. В то время на Западе не было аналога этой машине, которая получила в классификации НАТО обозначение Foxbat (“Летучая мышь”). Отсюда и название книги “Летучие мыши над Димоной”.
Авторы указывают, что израильские летчики, знавшие МИГ-21 как свои пять пальцев, сразу поняли, что имеют дело с совершенно другой машиной: самолет, дважды пролетевший над Димоной, шел на такой высоте и с такой скоростью, что у поднявшихся на перехват истребителей не было никаких шансов его догнать. Пролеты повергли в панику командование Армии обороны Израиля, которое (как оказалось, с полным основанием) усмотрело в них признак грядущего нападения на драгоценный ядерный комплекс. Тогда-то и было окончательно решено нанести упреждающий удар по Египту.
Версия Гинор-Ремеза вызвала недоверие среди историков. Но израильская чета нашла подтверждение своей версии — упоминание в советской авиационной литературе о том, что “в конце 60-х годов” МИГ-25 проходил летные испытания в ближневосточном регионе. А вскоре обнаружился и прямой свидетель – бывший советский летчик в генеральском звании, который засвидетельствовал, что в 1967 году он совершил полтора десятка полетов в воздушном пространстве Израиля, в том числе два полета на МИГ-25, настолько секретные, что визу на них дал лично министр обороны СССР.
Уже когда их книга была в наборе, авторы получили еще одно, решающее доказательство своей правоты. На сайте российского министерства обороны появилась статья за подписью официального представителя министерства, где подтверждалось, что оба полета над израильским ядерным центром в мае 1967 года были совершены “Летучими мышами”.
Однако вернемся к основной теме. Гамаль Абдель Насер с энтузиазмом поддержал затею советских друзей. 20 февраля 1966 года в интервью с группой иракских журналистов он объявил: “Если Израиль создаст атомную бомбу, единственной ответной мерой с нашей стороны должна быть превентивная война. Арабские государства должны будут безотлагательно принять ответные меры и полностью лишить Израиль возможности производить атомную бомбу”.
В Средиземное море была направлена мощная советская эскадра в составе трех десятков кораблей, включая ракетоносные подводные лодки: Египет был поставлен под защиту советского ядерного зонтика. Замминистра обороны СССР Гречко срочно примчался в Каир, чтобы заверить египетских друзей в нерушимой поддержке своего правительства. В мае 1967 в Порт-Саид прибыли “с дружественным визитом” советские десантные корабли с подразделениями морской пехоты, а на Украине было приведено в состояние полной боевой готовности авиационное соединение, причем небольшая штабная группа связи уже была переброшена в Египет.
Опираясь на советские ядерные гарантии, Египет разработал план “Операции Фаджр” (“Рассвет), которая должна была начаться на рассвете 27 мая 1967 года. Другой план, разработанный в ноябре 1966 года совместно вторым лицом в египетском руководстве маршалом Абдель-Халимом Амером (тоже, кстати, Героем Советского Союза) и маршалом Гречко, назывался “Покоритель” и был основан на чисто советских стратегических концепциях.
Израильские войска захватили в Синае и на Голанских высотах трофейные документы (в том числе и на русском языке) с детальным описанием советско-египетского плана. Приготовления к войне приняли особенно лихорадочный характер после того, как 7 апреля 1967 года в воздушном бою над Голанскими высотами израильская авиация сбила шесть сирийских МИГов, не потеряв ни одного своего самолета. На карту был поставлен престиж советской военной техники.

Продолжение следует…

Блог Виктора Вольского