Рассказ

Я еврей

Номер: Октябрь 2018 Яков ШЕХТЕР

Картина художника Александра Шабанова

Картина художника Александра Шабанова

Эта история произошла во времена царствования Александра Второго. В местечке Шушвинишки жил почтенный и уважаемый еврей Арон-Лейб Энтин. Он умел очень красиво молиться и потому всегда на Йом Кипур и Рош а-Шана занимал место у амуда и вел молитву. Немало сладких слез было пролито прихожанами благодаря силе и звучности его голоса. А сколько правильных решений приняли они в своем сердце, слушая, как Арон-Лейб величаво и торжественно выводит грозные слова гимнов.
У Арона-Лейба была большая семья. Все дети как дети, но один пошел по кривой дорожке. Не захотел, как нормальный еврейский юноша, сидеть в ешиве, разбирая проблемы талмудических споров, а подался в далекий Петербург учиться на доктора. Как это у него получилось, откуда он раздобыл деньги на университет, как сумел выжить в огромном и чужом городе — никто не знает. Известно лишь одно: доктор из него получился очень хороший. (далее…)

ЭТО ЖУРНАЛИСТИКА…

Номер: Октябрь 2018

– Старик, расскажи нам сказку, – попросили дети.
– Садитесь, сорванцы, – лукаво улыбнулся старик и отложил газету. – Я расскажу вам сказку.
Жил-был волк. Огромный, страшный серый волк. Огромный, как волк, страшный, как крик пенсионерки с первого этажа, серый, как мои будни. Волк жил в лесу, как это водится у всех волков. Огромному волку требовалось огромное количество еды, но всю дичь в лесу вечно пугали люди – шумные, грубые лесорубы, поющие девочки, люди, постепенно отвоевывающие у леса место для своих огородов и домов. Огромное, гордое животное начало просто голодать. Сильный и свободолюбивый зверь, способный охотиться, не мог найти себе пищи. На тропинках, где он когда-то охотился, теперь гуляли дети, громко распевая песни и распугивая дичь. (далее…)

СТРАДАНИЯ ДЕПУТАТА ГРОСШВАЙНА

Номер: Июнь 2018 МИХАИЛ ФРЕНКЕЛЬ

(Фрагмент детективной повести «Смерть бегущей строкой»)

Шампанское, как известно, по утрам пьют только аристократы и дегенераты.
Увы, аристократом он не был. Но уж и в дегенератах точно не состоял. Тем не менее, три глотка холодного с утреца себе позволил. Они слегка взбодрили и привели в чувство после вчерашнего обильного застолья. Не то чтобы он очень любил эти банкеты. Однако ноблесс оближ – положение обязывает. Однажды он вычитал эту фразу в каком-то журнале. А положение его, слава Богу, ныне таково, что обязывает ко многому. Как же – именно он, Иван Ковтуненко, на закрытом совещании глав фракций парламента выдвинут на пост председателя комитета по инвестициям (в кулуарах – по распилу). Реально – комитета важнейшего из важнейших. Идти к этому пришлось довольно долго и не самой легкой дорогой. Но вот срослось. Да и вообще – жизнь, кажись, удалась! Это ощущение не покидало его в последнее время.
И ведь всего добился собственным напором, энергией и умением работать с людьми. В первую очередь, само собой, с нужными. Нет, ну и Катерина тоже помогла, да. Женой Иван, в общем-то, был доволен. А ведь их встреча, по большому счету, была случайной. Тогда, отпустив шофера присланной за ней отцовской машины, Катя решила после сдачи сложного экзамена пройтись из университета домой по свежему воздуху. В результате случайно забрела на танцплощадку, где тусовалась молодежь совсем не ее круга. Вот так и нашли друг друга красивый, статный сельский паренек и внешне не очень привлекательная, но умная и добрая дочь областного прокурора. Она запала на него сразу. Настолько сильно, что истошные истерики матери по поводу явного мезальянса не смогли изменить ее планов связать свою судьбу с Иваном. Более того, чтобы окончательно сломить сопротивление родителей, добропорядочная скромница Катя сама предложила милому дружку интим. И когда радостно сообщила дорогим папочке и мамочке, что беременна, крепость пала. Связи тестя и дали первый толчок Ивановой карьере. Но дальше – сам. (далее…)

Секрет коричневой папки

Номер: Декабрь 2016 Елена ПЛЕТИНСКАЯ

Судьба уготовила этой украинской девочке совсем другую жизнь, чем могли представить ее родители

Пересохшие бледные губы старой женщины беззвучно, как казалось ее внучке, открывались и закрывались. При этом мелкие морщинки, обрамлявшие некогда красивый, а теперь расплывшийся контур рта, смешно собирались в гармошку.
— Бабуль, что ты как рыба, выброшенная на берег? – внучка, сидевшая у ее постели и лениво листавшая глянцевый журнальчик, наклонилась к бабушке.
Сквозь хриплое дыхание больной она едва расслышала какие-то слова.
— Мам, подойди, бабуля вроде что-то шепчет, но я не понимаю…
Мать девушки отозвалась из кухни.
— Так спроси, может, она пить хочет!
Бабушка с трудом приподнялась на постели, отчего ее аккуратно стриженная седая голова свесилась на дряблую грудь и тут же вновь без сил опустилась на подушки.
— Позови мать, — негромко произнесла она. – Мне надо вам кое о чем рассказать.
— Бабуль давай в другой раз, тебе же тяжело.
— Другого раза может не быть. Я и так слишком долго тянула.
*** (далее…)

«Я НЕ ЛЮБОВНИК МАКАРОН», или кое-что из иврита

Номер: Октябрь 2016 Дина Рубина

Дина Рубина с мужем и детьми

Дина Рубина с мужем и детьми

Предотъездный ажиотаж в Москве вокруг многочисленных курсов по изучению иврита.
Не помню — кто из моих приятелей обронил после первого занятия: «Как вообще сознание русскоязычного человека может воспринять язык, на котором неприлично звучащее слово «ялда» означает — «девочка»?
И вот — приезд, Иерусалим, обязательный «ульпан» — курсы иврита…
Что там «ялда», доложу я вам (которая, кстати, через каких-нибудь два-три урока бегло и просто произносится всеми как «елда»)! Что там невинная «ялда», повторяю, если наш преподаватель — неулыбчивая религиозная женщина в парике, в глухом, под подбородок, платье с длинным рукавом (в июле), каждые три минуты бодро повторяет непристойное слово «схуёт», от которого напрягается и переглядывается вся группа.
Вдруг Хана прервала свою речь, по-видимому заподозрив, что мы не все понимаем.
— Как будет по-русски «схуёт»? — спросила она на иврите, оглядывая класс. Повисло секундное молчание и один из учеников, пожилой доктор исторических наук, сказал в тишине мрачно:
— Да так и будет…
И все расхохотались.
Впоследствии выяснилось, что Хана, добрейшей души человек, рассказывая о непростой жизни в этой стране, просто советовала всем нам хорошенько изучить свои права (они же «схуёт») с тем, чтобы во всеоружии вступить в борьбу с пресловутым чудовищем — вездесущей израильской бюрократией. (далее…)

НА ТОМ БЕРЕГУ

Номер: Май 2015

Ион Деген

Ион Деген

Мы спустились к Днепру по крутому откосу, почти по обрыву. С распухшей негнущейся ногой без помощи Саши мне бы ни за что не преодолеть этого спуска. И не только спуска… Я просто остался бы лежать на том огороде, где-то между Уманью и Днепром, где пуля из немецкого автомата навылет прошла через мое бедро над самым коленом.
Вечерело. Сквозь густую вуаль мелкого, уже осеннего дождя едва угадывался левый берег. Тишина. Насколько охватывал глаз, ни одного населенного пункта, ни одной живой души.
Мы стояли у кромки воды, черной, угрожающей. Что делать с оружием? Не плыть же с таким грузом? К тому же на том берегу оно уже не понадобится. На том берегу не может быть немцев. До моего сознания не доходило даже то, что они почему-то оказались на этом берегу.
Еще в детском садике мне было известно, что на свете нет силы, способной победить Красную армию. И вдруг на третьем месяце войны Саша и я, последние из нашего взвода, стоим у широченного Днепра в раздумье – сохранить ли оружие. (далее…)

О пользе языка идиш

Номер: Декабрь 2014 Ион Деген

Ион Деген

Ион Деген

Михаил Ефимович Поляк пребывал в Лондоне более двух недель. Командировка затянулась. В политуправлении и в органах, вероятно, не предполагали, что понадобится так много времени для решения уже решенных вопросов. Полковник Поляк предпочитал репарацию из Берлина музыкальных инструментов, которой, надо сказать, он занимался не без удовольствия, репатриации в Советский Союз бывших белогвардейцев и предателей, оказавшихся в плену. Коммунист и патриот до ядра каждой клетки, в глубине души он все же несколько сомневался в равнозначности их вины и того радушия, с которым партия встретит своих заблудших сынов. Но приказ есть приказ. Приказ не обсуждается, а выполняется. Сугубо гражданский человек, Михаил Ефимович и до внезапного получения полковничьих погон (для командировки в Берлин сразу после окончания войны) отлично усвоил эту истину в своей постоянно цивильной жизни. Берлинская командировка была приятнее. Арфы, рояли, челесты и прочие изымаемые музыкальные инструменты были предметами неодушевленными. Кроме того, им не грозила высшая мера наказания – смертная казнь. Но, повторял он себе, приказ есть приказ.
Полковник Поляк не удивился, что именно его послали в Лондон. Много ли в политуправлении офицеров, свободно владеющих английским языком?

(далее…)

СЕСТРИЧКА

Номер: Май 2014 Михаил Френкель

Михаил Френкель

Михаил Френкель

Оксане

Тара-рара-рара-рара.
Вышел ежик из тумана.
Вынул ножик из кармана…

Нет, ежик в тумане – это у гения мультипликации Норштейна. А в детской считалочке из тумана выходил Месяц.
Значит, подумал он, я теперь – тот самый Месяц. Хотя, тоже нет. Ведь ножик «из тумана» вынимал как раз не я, а тот, кто делал мне операцию. Но из тумана все-таки выхожу я. Вырываюсь из цепких лап одурманившего сознание наркоза…
Вначале он так и не понял, почему вместо обещанного щадящего спинномозгового наркоза ему «влепили» общий. Уже потом хирург объяснил, что когда на экране прибора появилось то, что нужно было оперировать, то посмотреть на это «чудо» сбежались бригады из соседних залов. Такой, видите ли, оказался необычный случай.
– За четверть века работы ничего подобного не припомню, – доверительно сообщил ему доктор.
Что ж, почему бы не помочь медицинской науке? Кто-то, может быть, напишет умную статью в серьезный журнал. А то, глядишь, и диссертацию защитит… (далее…)