Гибель диктатора | Еврейский Обозреватель

Гибель диктатора

Давид ШАРП | Номер: Январь 2018

Али Абдалла Салех

Али Абдалла Салех

Рассказывая о недавней гибели одного из самых известных диктаторов Ближнего Востока Али Абдаллы Салеха, многие комментаторы приводят его ставшую легендарной фразу: «Управлять Йеменом — это все равно что танцевать на змеиных головах». Однако со своего «танцевального ритма» Салех сбился не сейчас, когда недавние союзники в прямом смысле слова вышибли ему мозги, а еще 6 лет назад. Тогда он был вынужден после 33 лет правления уступить президентское кресло Абдель-Рахману Хади.

Правда, бывший диктатор, в отличие от большинства свергнутых правителей региона, остался довольно значимой фигурой в своей стране, оказавшейся в пучине многосторонней войны всех со всеми. Теперь его гибель может привести к серьезным подвижкам в патовой ситуации, сложившейся в Йемене. Кроме смерти экс-президента, в этой стране, где главными внешними игроками являются Иран с одной стороны, а Саудовская Аравия и ОАЭ — с другой (хотя ОАЭ в заметной степени играет здесь собственную партию), произошло еще одно значимое событие, напрямую связанное с политикой Тегерана в регионе и потому представляющее серьезный интерес для Израиля. Но обо всем по порядку…

Многие арабские страны традиционно сотрясают внутренние религиозные, племенные и клановые противоречия, но Йемен сильно выделяется даже на этом фоне. Стратегическое географическое положение страны, некоторое количество полезных ископаемых и, что особенно важно, интересы ближних и дальних соседей — все это всегда усугубляло и усугубляет в наши дни ту совершенно невероятную ситуацию, в которой находится эта страна, население которой составляет свыше 27 млн человек, а местные мужчины почти поголовно обладают огнестрельным оружием. Али Абдалла Салех, используя все возможные способы, продержался у власти целых 33 года, и это свидетельствует о том, что в этом искусстве он достиг огромных высот. Но, как это бывает со многими искусными мастерами своего дела, погорел Салех по собственной вине, допустив задним числом очевидный и по идее совершенно необъяснимый для такого человека просчет.
Важно отметить, что более 55% населения Йемена — это мусульмане-сунниты, проживающие в основном на юге и в центре страны. Остальные — приверженцы шиитской ветви ислама, большая часть которых относится к зейдистскому течению. Среди шиитов именно зейдиты считаются наиболее близкими к суннитам. В отличие от других стран региона, войну в Йемене нельзя рассматривать как противостояние между шиитами и суннитами. Тем не менее, этот фактор тоже присутствует. Например, действующие здесь филиалы «Аль-Каиды» и «Исламского государства» воюют именно против шиитов. Что впрочем не мешает этим организациям вести боевые действия практически и против всех остальных, никакого отношения к шиитам не имеющих.
Али Абдалла Салех родился в 1942 году в семье как раз зейдитов. Всю жизнь он относился к разряду так называемых светских диктаторов и нередко железной рукой давил именно своих единоверцев. Будучи на военной службе, Салех быстро поднялся по служебной лестнице во время бурных событий 60-70-х. На вершину власти в тогда еще Северном Йемене он взошел в 1978 году молодым 36-летним офицером в звании полковника. Далее было много чего – кровавые расправы с противниками, укрепление собственных позиций в стране традиционными для арабского мира методами, объединение с Южным Йеменом (Салех стал главой единого государства), подавление сепаратистского мятежа южан в 1994 году… В 1997-м бывший полковник, ставший президентом, получает звание фельдмаршала. Но относительная устойчивость власти в столь бедной, коррумпированной, раздираемой племенными, идеологическими и сепаратистскими противоречиями стране продолжаться вечно не могла. Толчком стала «арабская весна»: пошли массовые протесты, мятежи племен и силовиков, перешедшие в вооруженные столкновения. 3 июня 2011 года Салех был тяжело ранен, после чего проходил длительное лечение в Саудовской Аравии. Осенью, после того как подлечившийся диктатор вернулся в Сану, протесты и столкновения вспыхнули с новой силой. На этом этапе Салех под давлением стран Персидского залива и США, оставшись без союзников за рубежом, в обмен на полный иммунитет отказался от власти.
И здесь надо вернуться в 2004 год, когда проживающие на «крайнем севере» Йемена шииты-зейдиты под руководством своего духовного лидера Хусейна аль-Хуси подняли восстание против дискриминации со стороны властей. За 10 лет до этого аль-Хуси создал собственное политическое движение «Ансар алла», которое сегодня широко известно как движение хуситов. В том же 2004-м Хусейн аль-Хуси погиб, и движение возглавил его брат Абдель-Малик. В 2009 году в ходе очередного обострения хуситы продемонстрировали завидную боеспособность, успешно оказывая сопротивление саудовской и йеменской армиям, обладающим подавляющим техническим превосходством. Тогда они и заявили о себе не только на весь Йемен, но и на весь мир. Несмотря на то, что с религиозной точки зрения шииты-зейдиты довольно далеки от Ирана, в прошлом десятилетии эта страна начала активно поддерживать их как противовес суннитской СА и каких-никаких, но единоверцев. Кстати, зейдит Салех в последние годы своего правления, в отличие от хуситов, с которыми он воевал, был очень далек от проиранских позиций. Движение «Ансар Алла», будучи сплоченным, боеспособным и многочисленным, сыграло определенную роль в событиях, приведших к уходу Салеха, а затем продолжило набирать вес. Но и экс-президент сохранил немалое влияние, что для такой кланово-племенной страны неудивительно. Причем особую значимость Салеху придавало то, что его сторонники в массе своей находились в рядах наиболее боеспособной и хорошо оснащенной части вооруженных сил — Республиканской гвардии.
Когда в 2014 году слабый президент Хади, по сути являющийся саудовской марионеткой, попытался отменить в стране субсидии на бензин, это стало поводом для мятежа хуситов. На этот раз старые противники аль-Хуси и Салех объединились. Первому, Хади, это дало поддержку ряда кланов и племен, а также наиболее боеспособной части военных, ну а второй снова вышел на авансцену. Правда, возвращение непосредственно к власти Салеху не светило. Хуситы были слишком сильны, чтобы перехватить у них лидерство, а иранцы, с которыми Салех до этого враждовал, ему ни на йоту не доверяли. Мало того, экс-президент окончательно перестал быть легитимной фигурой и для Эр-Рияда. На первом этапе войны хуситам с Салехом сопутствовал успех, и они почти захватили главный оплот противника — южный порт Аден. Однако вмешательство ведомой саудовцами коалиции привело к перелому. Достаточно быстро был освобожден от хуситов весь исторический Южный Йемен, но затем дело коалиции застопорилось, так как основной наземной силой сопротивления хуситам были именно южане, среди которых очень сильны сепаратистские настроения. Поддерживаемые в первую очередь ОАЭ, за пределами своих территорий они, по сути, отказались активно воевать. Без них продвинуться дальше в горной местности центрального и северного Йемена, преодолевая упорное сопротивление, оказалось очень сложной задачей. Сухопутные контингенты стран коалиции были не особо боеспособны, недостаточно мотивированы и немногочисленны, а местных сторонников у президента Хади, которые могли бы при поддержке с воздуха проделать ту же работу, что и южане ранее, оказалось мало. Таким образом, война вступила в длительную патовую стадию. Продвижение коалиции, несмотря на полное господство в воздухе, было очень незначительно, а хуситы периодически проводили довольно успешные локальные операции, в том числе и в саудовском приграничье.
Однако, видимо, жизнь под бомбами и в полублокаде коалиции бывшему диктатору постепенно опостылела. Тем более что его нынешние союзники, хуситы, были по сути старыми врагами. Противоречия между сторонниками Салеха и хуситами усиливались, дело доходило даже до столкновений, однако взрыва вроде бы ничто не предвещало. То ли здесь сыграл роль неуемный характер экс-президента, то ли посулы саудовской коалиции, пожелавшей расколоть лагерь противника так сказать финансово-дипломатическими методами, но Салех неожиданно поднял мятеж против своих братьев по оружию. Кстати, основные арабские источники указывают на ОАЭ, а не на СА, давно разругавшуюся с Салехом, как на страну, сумевшую убедить бывшего президента неожиданно поменять курс. Мятеж Салеха сопровождался соответствующей антииранской и антихуситской риторикой, и на первом этапе ему сопутствовал успех.
И тут произошло то самое второе событие, о котором я упоминал выше. По строящейся в ОАЭ атомной электростанции, находящейся более чем в тысяче километров от позиций хуситов, была выпущена крылатая (летящая на дозвуковой скорости) ракета. После огромного количества запусков баллистических ракет по соседней СА это был первый случай применения именно крылатой ракеты и рекорд дальности, если говорить о расстоянии до цели. Правда, из-за неисправности ракета далеко не улетела. Главным же оказалось другое — видеорепортаж об этом не оставил сомнений, что речь идет об иранской ракете «Сумар», которую Тегеран уже демонстрировал на публике. «Сумар» была сконструирована на основе советской крылатой ракеты воздушного базирования Х-55 (дальность 2500-3500 км — в зависимости от модификации). Перехват хоть и медленных, но низколетящих крылатых ракет — непростая задача для ПВО, причем эти ракеты могут быть очень точными. Кстати, оригинальные Х-55 предназначались для несения ядерных боеголовок.
Пресловутая ракета «Сумар» и ее будущие разновидности представляют собой одну из четко обозначенных угроз для Израиля, при этом на примере произошедшего ясно, что ракета уже достигла оперативной готовности без связи с неудачным пуском. При этом иранцы снова подтвердили свое реноме страны, передающей союзникам и марионеткам буквально любое оружие. И это важный для Израиля урок. Причем поставки осуществляются в условиях довольно плотной блокады, что требует серьезных контрабандистских усилий (видимо, ракеты собираются уже на месте из доставленных в Йемен готовых крупных компонентов).
Показательно, что применена эта ракета была сразу после мятежа Салеха против тех, кто, по мнению хуситов и Тегерана, больше всего был в нем виноват – против ОАЭ. Несколько ранее после того, как Эр-Рияд спровоцировал отставку аль-Харири с поста премьера Ливана, столичный саудовский аэропорт подвергся беспрецедентному обстрелу баллистической ракетой также невиданной доселе в Йемене дальности. Кстати, как пишет американская «Нью-Йорк таймс», та самая ракета (скорее всего, иранская «Киам-1» с заявленной дальностью 800+ км), вопреки утверждениям саудовцев, перехвачена тогда не была и взорвалась в районе аэропорта…
Что касается мятежа Салеха в Сане, то после первых успехов что-то пошло не так. Сначала хуситы захватили его резиденцию (судя по снимкам оттуда, бывший президент и его окружение оказались любителями известного водочного бренда «Грей Гус» и арака ливанского розлива), а затем попытавшийся покинуть город на внедорожнике Салех с сопровождающими был остановлен и расстрелян. Столь неудачно спланированное вооруженное выступление и обстоятельства гибели явно противоречат его успешным «танцам на головах змей», продолжавшимся десятилетиями. Но, как говорится, с кем не бывает…
Теперь сторонников Салеха возглавил его сын Ахмед, находившийся до сих пор в ОАЭ. Он, кстати, уже недвусмысленно пообещал Ирану отомстить за отца.
На первый взгляд, сейчас вследствие мятежа и гибели Салеха ситуация складывается явно не в пользу хуситов. Если значительная часть их недавних союзников в итоге перейдут на сторону саудовской коалиции или хотя бы на позиции нейтралитета, сохранить статус-кво хуситам будет крайне непросто. С другой стороны, торопиться с далеко идущими прогнозами о ситуации в такой стране как Йемен — дело неблагодарное, что со всей полнотой и подтвердили события последнего времени.