«Индивидуальный джихад» | Еврейский Обозреватель

«Индивидуальный джихад»

Юлиус РИГЕР, Германия | Номер: Ноябрь 2014

Ger_1В ФРГ насчитывается 43 тысячи религиозных экстремистов

Суть проблемы глава МВД ФРГ Томас де Мезьер обозначил кратко: «Из абстрактной опасности в Европе возникла опасность смертельная, причем она напрямую касается Германии». В докладе Ведомства по защите Конституции по итогам 2013 г. сообщения о деятельности радикальных исламистов заняли более 60 страниц. Если верить докладу, в Германии 43 тыс. активных религиозных экстремистов. Не будет преувеличением утверждать, что почти каждый из них представляет собой живую бомбу, готовую в любой момент взорваться и унести на тот свет как можно больше «неверных».

Воспитанники ISIS
Если раньше спецслужбы занимались в основном террористическими организациями типа «Аль-Каеды», то теперь они признают все возрастающую роль того, что в официальном докладе названо «индивидуальным джихадом» – терактов, совершаемых одиночками. По мнению экспертов, религиозный экстремист, получивший боевой опыт, не остановится перед тем, чтобы устроить теракт в скоплении мирных граждан.
Боевой опыт исламисты приобретают в Сирии и Ираке, а Халифат, недавно провозглашенный террористической группировкой «Исламское государство Ирака и Леванта» (ISIS), во многом держится на усилиях не только выходцев из арабских стран, но и фанатиков-боевиков из стран Западной Европы. Эксперты Лондонского королевского колледжа полагают, что в составе ISIS около 3000 граждан стран Запада, в том числе 320 добровольцев из ФРГ. Сотня из них уже вернулась в Германию.
Собственно, ничего нового в этом нет. Спецслужбам ФРГ давно известно, что после теракта в США в 2001 г. в Чечню отправилось множество германских джихадистов. Немало их воевало и в Афганистане, а после начала гражданской войны в Сирии туда хлынули толпы западных добровольцев-салафистов. Проблема органов безопасности состоит в том, что радикалы, получившие опыт боевых действий и радикализованные еще более, постепенно возвращаются в страну. В кругу своих единомышленников они считаются героями, а их пропагандистская роль при рекрутировании новых членов исламистских организаций очень велика.
Молодые фундаменталисты сильно идеологизированы, являются приверженцами радикального ислама и готовы к организации терактов в странах Запада. Произошедшее 24 мая нападение на Еврейский музей в Брюсселе, в результате которого погибли четыре человека, было организовано одним их джихадистов ISIS.
Существует поговорка об обращенных в новую веру, которые являются большими католиками, чем Папа Римский. Среди боевиков – множество конвертитов, перешедших в ислам из других конфессий. Чаще всего они, отринув ценности западной цивилизации, идентифицируют себя с салафитами – особо консервативным течением, базирующимся на ценностях раннего ислама.

Ger_2Закат Запада?
Патрик Бьюкенен в своей книге «Смерть Запада» предрекал Старому свету скорую гибель. По его мнению, бунт мусульман происходит из-за того, что есть реальная несовместимость между западной и фундаменталистской культурой исламского мира. Там, утверждает автор, продолжается революция и религиозное пробуждение бедняков. Единственное, что у них есть, – исламская вера. Они очень воинственны, смотрят на врага, как на воплощение сатаны, и в этот образ вписываются представители Запада с их «культурным вторжением». По мнению писателя, из-за сжатия «христианско-европейской сердцевины», старения населения, а также роста религиозных, расовых, этнических и прочих противоречий западные народы полностью вымрут к концу XXI в. А их место займут мусульмане.
Тут следует вспомнить о фильме израильского тележурналиста Цви Иехезкели «Аллах ислам», повествующем о масштабах исламизации Западной Европы. Его автор владеет арабским и в ходе работы над фильмом выдавал себя за палестинца. Будничный исламизм в благополучной Европе страшен своей обыденностью: в шведском Мальме стены мечети расписаны призывами к священной войне с неверными, в иммигрантской семье местных мусульман подростки мечтают о джихаде. В Брюсселе активист радикальной ячейки обещает, что, когда здесь установятся законы шариата, бельгийцам придется потесниться, а потом и вовсе убраться из страны, и заверяет, что его «не пугает тюрьма и даже смерть шахида». А лидер лондонских исламистов А. Худари признается репортеру, что 11 сентября для его людей – как начало возрождения.
Цви Иехезкели утверждает, что большинство агрессивных героев фильма принадлежит к четвертому поколению иммигрантов-мусульман. Оно говорит «Нет!» западной цивилизации и готовится к джихаду, в котором, если верить П. Бьюкенену, Западу не выжить.
Особо «взрывоопасными» странами, по мнению эксперта Евгения Сатановского, являются Великобритания, Германия, Швеция, Бельгия, Франция. В одной только Франции каждый год 50 тыс. человек принимает ислам, и 10% из них – приверженцы радикальных течений. В Великобритании, по данным Госдепа США, 32% молодых мусульман выступают за убийства во имя ислама, а 40% приветствовали бы введение в стране законов шариата.
Ришар Праскье, глава Совета еврейских организаций Франции, полагает, что проявлять снисходительность к радикальному исламизму – то же самое, что мириться с нацизмом. «У нацизма и радикального исламизма существуют два общих момента, – утверждает он. – Первый – статус еврея как приоритетного врага, второй – его обесчеловечивание… Для нацистов евреи были тараканами, крысами, вшами… Для радикальных исламистов иудеи и христиане – это макаки, свиньи, ослы и собаки… Можно спорить насчет места в животной иерархии, однако сигнал один и тот же: враг лишь внешне похож на человека, а настоящее знание заключается в умении видеть его звериную сущность».

Что делать?
Идеология радикального исламизма обосновывает убийства во славу Аллаха, и влияние ее растет. 29-летний брюссельский террорист Мехди Неммуш попал в ЕС через аэропорт Франкфурта-на-Майне и, несмотря на наличие в информационной системе Шенгена сведений о его причастности к исламским боевикам, задержан не был. Беспрепятственно пройдя контроль, он вооружился «Калашниковым» и убил четырех человек.
Лишь после этого европейские органы безопасности зашевелились и задержали в берлинском аэропорту Тегель 26-летнего француза с алжирским паспортом Тевлика Б., возвращавшегося из Сирии через Турцию. На этот раз пронесло. Но кто гарантирует, что другой фанатик-джихадист не взорвет самодельную бомбу в берлинском метро?
Политики, осознав масштаб опасности, ищут рецепты. Но пока не находят, если не считать рецептом предложение зампредседателя ХДС Томаса Штробла о запрете возврата в Германию воевавшим джихадистам, лишении их приобретенного гражданства ФРГ и введении уголовной ответственности за обучение в лагерях террористов. Хорош рецепт: пригрозить лишением паспорта тому, кто готов лишить себя и других жизни.
Реальные шаги, вероятно, дожны быть предприняты в другом направлении. Но полиции и спецслужбам не хватает ресурсов для того, чтобы выяснить, кто рекрутирует в германских школах и дворах будущих джихадистов; кто собирает пожертвовния для их финансирования; что происходит на сборищах исламистских ячеек; кто распростаняет религиозную и этническую ненависть в Сети. «Полиция не в состоянии круглосуточно держать каждого потенциального террориста под наблюдением, – уверен председатель полицейского профсоюза Райнер Вендт. – Эти исламские боевики – как тикающие бомбы: полностью непредсказуемые и неконтролируемые».
На презентации доклада Ведомства по защите Конституции разговоры об исламистской угрозе почти затмили собой еще один важный факт: рост почти на четверть числа случаев насилия с антисемитской или расистской мотивировкой.